Ссылки для упрощенного доступа

Уполномоченный по правам человека в Чечне Нурди Нухажиев рассказал “Кавказ.Реалии”, как в республике обстоят дела с правами человека.

- Нурди Садиевич, как вы оцениваете ситуацию с правами человека в Чечне?

- В Чечне есть устойчивые правовые механизмы по защите прав человека. Действует указ главы республики, не имеющий аналогов в России, о специальных мерах по защите прав человека, и в рамках этого указа дан четкий сигнал не препятствовать работе не только сотрудников неправительственных организаций, но и аппарата уполномоченного, созданы общественные советы по вопросам прав человека во всех городах и районах. Огромный опыт, профессиональные люди, и все друг друга знают, так что никакой необходимости что-то затушевывать или скрывать нет.

Активно работает неправительственный сектор, Общественная палата, департамент по приему обращений граждан в администрации (это кроме института уполномоченного). Мы издаем газету “Чеченский правозащитник”, книги на правозащитную тематику, которые бесплатно раздаются библиотекам и вузам, у нас активно работает сайт. Мы занимаемся правовым просвещением, в школах проводятся конкурсы на правозащитную тему. То есть все необходимые элементы для активной защиты прав человека в нашей системе есть, они работают, и с каждым годом ситуация улучшается, становится более профессиональной и востребованной.

- С чем к вам обычно приходят люди?

У нас много нерешенных послевоенных проблем, прежде всего это розыск без вести пропавших. Обращения на эту тему повторяются из года в год.

- А если говорить о последних годах, не военных?

- Жалуются на неправомерные задержания. Силовые структуры - это большая система, там работает более 10 тыс. человек, и не все из них профессионалы. Бывает, человека можно было просто уведомить повесткой или обратиться за помощью к участковому, если к нему есть какие-то вопросы. Но его задерживают и увозят, не сообщая об этом близким. Обеспокоенная семья обращается к нам, пишет жалобы. А потом, через трое суток, человек жив-здоров - возвращается домой. Но нарушение уже допущено. Вот именно от таких моментов мы еще не до конца избавились, на эту проблему постоянно обращает внимание глава республики во время совещаний с силовиками. Работа в этом направлении ведется, и количество постепенно превращается в качество, приезжают специалисты после ведущих российских вузов, ситуация улучшается.

Комментарий “Кавказ.Реалии”: Сообщения о похищениях людей в Чечне появляются в СМИ постоянно. В июле “Новая газета” написала, что за полгода до этого в Чечне были похищены и расстреляны 27 человек. Всех их задержали в ходе спецопераций, последовавших за нападением на чеченских силовиков в декабре 2016 года. Эту информацию подтверждают в “Мемориале”, но официальная Чечня ее отвергает. Вопросом об исчезновениях людей в республике занялась уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова. Сайт BBC сообщал, что на жителей Чечни, которые хотели пожаловаться омбудсмену, осуществляли давление.

Нурди Нухажиев с главой Чечни Рамзаном Кадыровым
Нурди Нухажиев с главой Чечни Рамзаном Кадыровым

- С чем еще приходят?

- Ко мне приходят с чем угодно - с жилищными вопросами, например, просят об улучшении условий, или по вопросам приватизации.

С семейными вопросами приходят - я являюсь членом постоянно действующей комиссии при главе Чеченской республики по примирению, такая же работа проходит и в специальной комиссии при муфтияте по разрешению семейных споров и воссоединению браков. Она работает очень эффективно. Когда супруги поругались, ну с кем не бывает, потом пожалели об этом, захотели воссоединиться, и нужна третья сторона, чтобы произошло примирение. Это благородная миссия, и очень здорово - порой смотришь, даже слезы наворачиваются, как радуются, дети особенно.

- В организации “Правовая инициатива”, которая занимается правами женщин, мне говорили, что бывают случаи, когда женщина сначала уходит от мужа, допустим, из-за побоев, потом возвращается - ради детей, но вскоре после примирения исчезает. Как вы можете это прокомментировать?

- Это несусветная глупость и ложь. Куда она может исчезнуть? У этой женщины есть родственники, братья, сестры, двоюродные, троюродные... О чем разговор? Это делается специально - Чечня всегда всем интересна, и в негативном плане тоже. Нет бы поддержать людей, которые выполняют благородную миссию, - надо испохабить всё. Перед этими правозащитниками поставлены такие задачи, их спонсорами.

- То есть никто не пропадает? И кто тогда врет? Сами люди или правозащитники?

- Просто надо понимать чеченский менталитет. После ссоры с мужем чеченская женщина не может сразу предстать перед отцом или братом. Она первое время будет находиться у своей тети, сестры, снохи, пока не будут устранены разногласия. То есть люди-то не врут, это правозащитники всё так преподносят. Я даже не слышал такого - “Правовая инициатива”. Что есть такая активная организация, которая имеет влияние в обществе, и чтоб люди туда обращались. Это всё ерунда.

Женщина же не “бесхозная”, грубо говоря. У нее есть семья. Это невозможно. Сейчас не военное время, чтоб люди просто так пропадали. Такого не может быть - просто не было ни одного случая такого. “Правовая инициатива” защищает права женщин, и им надо как-то показать свою работу, чтоб на них обратили внимание.

Женщины в Чечне пользуются правами больше, чем мы, мужчины. Они подают в суд, предъявляют иски. В чеченском обществе женщины не слабые. Если они во время войны танки останавливали, то заявить о том, что их кто-то обидел, - такой проблемы вообще нет. К сожалению, многие организации делают из правозащиты бизнес. Им надо сгущать краски, показать свою нужность, значимость. Но оглашая информацию, не соответствующую действительности, они наносят большой вред российскому обществу и государству, начинаются сплетни, комментарии разные.

Комментарий “Кавказ.Реалии”: Весной этого года в организацию "Правовая инициатива" обратилась мать чеченской девушки, которая исчезла в Грозном. Это произошло после того, как она ушла от мужа из-за постоянных побоев, но решила вернуться, чтобы иметь возможность общаться с детьми. Родня мужа была против ее возвращения, и после одной из конфликтных ситуаций молодая женщина пропала. Обращения ее матери в правоохранительные органы с просьбой о расследовании исчезновения остались без ответа.

- То есть правозащитникам верить нельзя? Как же так, вы же сам правозащитник.

- Я не сказал, что нельзя верить правозащитникам. Я сказал про тех, кто из правозащиты, на несчастьях людей делает бизнес, вместо того чтобы реально помочь, не делая себе пиара. Вы бы прослезились, если бы мы взяли всю свою работу и выставили в открытые источники. Столько бед у людей. Но мы этим просто занимаемся, это наша обязанность, мы не нуждаемся в самопиаре. Если нам удается защитить чьи-то права, нам не надо, чтоб об этом кто-то узнал.

- То есть вы считаете, что правозащитные организации, не аффилированные с государством, финансирующиеся из каких-то других источников, это обязательно бизнес?

- Обязательно. Иначе их не будут финансировать. Там же и политические подтексты - отношение к самому государству, нашему образу жизни. С какой стати американские власти будут платить, если ты будешь говорить хорошо о России?

- Журналисты и правозащитники могут свободно работать на территории Чечни?

- В любое время! Не только могут, но и работают. С удовольствием приезжают, с удовольствием работают. Только вот - с открытым забралом, без маски-шоу, честно, объективно, с болью на душе, с чувством чужой беды - да пожалуйста!

Один из плакатов на митинге против Ганнушкиной
Один из плакатов на митинге против Ганнушкиной

- На днях в Грозном прошел митинг против правозащитника Светланы Ганнушкиной и журналистов “Новой газеты”. Как вы считаете, для граждан нормально выступать против тех, кто борется за их права? Это естественно выглядело, с вашей точки зрения?

- Честно говоря, я отрицательно отношусь к любым митингам. На них эффективно решать вопросы невозможно. Однако у людей есть законное право выразить таким образом свое отношение к тому или иному явлению. Но надо посмотреть, почему они это делают, кто их подтолкнул к такому протесту.

- Правозащитники и журналисты - это, вроде бы, союзники населения, почему же люди вышли против них на митинг?

- У нас люди, которые прошли через войны, знают цену дружбе, миру. Но есть те, кто на этом зарабатывает. “Мемориал”, “Гражданское содействие” - они сюда приезжали, но по мере того, как в Чечне устанавливалась стабильность, их хозяева перестали в них нуждаться, и они пошли напролом. Очерняют. Вот Милашина (Елена Милашина - корреспондент “Новой газеты” - прим. “Кавказ.Реалии”) - о чем только не пишет, и нигде у нее нет конкретики. Или “Мемориал” - мы судились с ним в Москве, я знаю Орлова (Олега Орлова - руководителя “Мемориала” - прим. “Кавказ.Реалии”), но они непредсказуемые какие-то, ну, не наши! Обязательно им нужны жертвы какие-то, преступления власти - и говорить об этом на весь мир: вот, в Чечне то, в Чечне это. За счет этого они улучшают свой бизнес. Поэтому наши пути разошлись.

Комментарий “Кавказ.Реалии”: В Грозном прошел митинг против руководителя организации “Гражданское содействие” Светланы Ганнушкиной и журналистов “Новой газеты”, которые встали на защиту жителя Чечни Рамазана Джалалдинова. По данным “Кавказ.Реалии”, людей принуждали прийти на эту акцию, а после мероприятия им заплатили по 1000 рублей.

- По некоторой информации, на митинг против Ганнушкиной людей принуждали прийти, а после заплатили им деньги за участие. Как вы к этому относитесь? И еще момент - что это в целом практикуется в Чечне, периодически.

- Такое практикуется не в Чечне, а в предвыборные времена - в других субъектах. Покупали голоса, били людей на митингах. Здесь такого просто нет, люди очень тонко чувствуют, как они должны поступать. Всё это вранье.

Вот “Кавказский узел” - они там постоянно пишут под псевдонимами. Неизвестно кто - “Н. сказал, Б. сказал”. Если есть факты - пусть они обращаются с конкретными материалами в прокуратуру. Если, допустим, они не хотят называть людей, но материалы же у них есть. Пусть они обращаются туда. Я таким недостойным вещам не доверяю, я не обращаю на это внимание.

- Почему вы считаете, что это недостойно? Может, люди просто боятся?

- Ну, нельзя же всю жизнь бояться. Не в этом дело. Это просто стиль работы “Кавказского узла” и подобных ему рупоров. Они так работают. И ничего, ни к какой ответственности их не привлекают, кто-то их крышует, кто-то их финансирует.

- А зачем им это делать?

- Так платить же не будут.

- Вы считаете, кроме Чечни, не о чем писать? Кроме проблем с правами человека в Чечне, других новостей у изданий нет?

- Вот вы правильно вопрос задали, я тоже так думаю. Что, кроме Чечни, писать не о чем? Есть. Но главный удар направлен через Чеченскую республику на власти России. Это же понятно. Это информационная война, именно так она и идет. Каляпину (Игорю Каляпину, руководителю “Комитета против пыток” - прим. “Кавказ.Реалии”) что, в Нижнем Новгороде проблем мало? Там больше всего в Центральной России нарушают права граждан, пусть бы там защищал. Но ему не надо. Он там незаметный. И свой. А здесь вот так вот “героически” защищает права чеченских граждан - и не спрашивает, нуждаются люди в этих услугах или нет. Я думаю, что не нуждаются.

Комментарий “Кавказ.Реалии”: В марте 2016 года в Грозном произошло нападение на главу “Комитета против пыток” Игоря Каляпина. Несколько человек сбили его с ног, забросали яйцами, обсыпали мукой и облили зеленкой. Дело по факту этого нападения так и не было возбуждено. Незадолго до этого на границе Чечни и Ингушетии люди в масках окружили микроавтобус, в котором находились журналисты и правозащитники, избили их, а автомобиль сожгли. Было заведено уголовное дело о нападении, но через год расследования у полиции не было даже подозреваемых.

Житель Кенхи Рамазан Джалалдинов на пресс-конференции в "Новой газете". Справа - правозащитник Светлана Ганнушкина, слева - журналист Елена Милашина
Житель Кенхи Рамазан Джалалдинов на пресс-конференции в "Новой газете". Справа - правозащитник Светлана Ганнушкина, слева - журналист Елена Милашина

- В Чечне, когда люди жалуются, могут быть проблемы. Тот же Рамазан Джалалдинов, которым Ганнушкина занимается, рассказал Путину о проблемах своего села, в итоге ему сожгли дом, угрожали, и он вынужден был уехать. Как вы считаете, он провокатор или что?

- Он несчастный, малограмотный человек, его использовали. Мы занимались этим случаем, выезжали в Кенхи. Что он хотел - он хотел совершенно другого. Это всё расписано уже, я не буду сейчас повторять. Вы посмотрите, какие условия созданы в этом селе. Мы там вместе с главой были два раза, с председателем парламента, проводили правовые уроки, везде смотрели, всё проверяли досконально. А “мемориаловцам”, ганнушкиным периодически нужны такие “сакральные жертвы”. Они его взяли, вывезли.

- То есть он не сам уехал?

- Нет, конечно, это они.

Комментарий “Кавказ.Реалии”: Житель села Кенхи Рамазан Джалалдинов в апреле 2016 года опубликовал видеообращение к Владимиру Путину, рассказав о местных проблемах. Через некоторое время под камеры чеченского телевидения он (как и многие другие) публично извинился за это перед Рамзаном Кадыровым. На семью Джалалдинова напали неизвестные, а дом сожгли. Он был вынужден уехать из республики.

- А в итоге же Джалалдинов извинялся. Что за традиция - извиняться? Ведь не только он это делал, многие извиняются. Получается, что человек в Чечне пожалуется на какую-то проблему, даже не на какого-то представителя власти, а просто - на проблему, дома не строят или что. И после этого вынужден извиняться. Как вы считаете, это не ущемление прав?

- Нет. Это единичный случай. Когда его обращение не соответствует действительности, тогда только так и происходит. Потому что иждивенцев тоже много. Видят, что человек щедрый - допустим, президент фонда, или кто-то из власти, или лично Кадыров, и начинают писать. Вот он сидит и пишет - а вдруг не придут, не проверят. Приезжают, проверяют, в очень хорошем, добротном доме живет, во дворе автомобиль. И почему тогда он жалуется на всю Россию, что он живет в таких плохих условиях? Это не соответствует действительности. Поэтому его упрекают - и старшие, и односельчане. Естественно, он извиняется. Это и правильно. Другой раз уже не будет так делать.

С появлением интернета, ватсапа - люди начинают кого-то копировать, писать. Это всё пройдет. Это определенный этап, а потом всё пройдет. Количество переродится в качество, и всё будет нормально, с каждым днем улучшается качество жизни людей, я не сомневаюсь в этом. Всё будет нормально у нас, несмотря на происки наших врагов.

Комментарий “Кавказ.Реалии”: Правозащитники постоянно привлекают внимание к тому, что происходит в Чечне. Пытки, похищения стали там обычным делом, заявляют они. “Мне рассказывали, как на абсолютно бытовых темах людей бросали в подвал, держали закованными в наручники, били, в том числе и женщин. Но они не дают права говорить об их историях публично", - отмечала руководитель проекта по России и Северному Кавказу Международной кризисной группы Екатерины Сокирянская в беседе с "Кавказ.Реалии".

- А вот на днях опять извинился человек - беженец из Чечни, находится в Германии. Недавно он признался СМИ в своей гомосексуальности, рассказал, что он чеченец и что такая у него ориентация. И теперь извинился. Как вы считаете, он добровольно это сделал? И как вы можете прокомментировать всю эту историю с преследованиями геев в Чечне, что людей хватают, отвозят в какие-то непонятные помещения, там над ними издеваются и так далее?

- Издеваться, хватать-сажать - невозможно того, кого нет, кого не существует. Это как “МММ” в свое время использовали людской капитал, чтобы заработать на этой теме. Помните, когда в европейских странах хорошо принимали беженцев из Чечни, в тяжелые годы, и другие национальности приписывали себя к чеченцам? Это же было. Это просто выгодно. Вся Европа аморальная, из этих людей состоит - даже их президенты, финансисты, банкиры. Конечно, они знают, что на этой теме можно неплохо заработать. А заодно - оскорбить, унизить традиционное чеченское общество, которое просто даже не слышало о существовании таких мерзостей.

- То есть вы хотите сказать, что в Чечне гомосексуальных людей нет?

- Нет. И быть не может.

Комментарий “Кавказ.Реалии”: В апреле “Новая газета” написала, что в Чечне в массовом порядке задерживают и избивают гомосексуалов, а также тех, кто в этом подозревается. Информация, которую подтвердили в “Российской ЛГБТ-сети”, получила широкий общественный резонанс, в том числе международный. В октябре Максим Лапунов, подвергавшийся преследованиям в Чечне за свою ориентацию, подал заявление в правоохранительные органы. Уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова заявила, что для возбуждения дела о пытках геев в Чечне “есть все основания”. Между тем власти Чечни утверждают, что никаких геев в республике нет.

Зелимхан Бакаев пропал в Грозном в августе
Зелимхан Бакаев пропал в Грозном в августе

- Ясно. А вот случай с певцом Зелимханом Бакаевым - три месяца назад он пропал в Чечне, а потом было опубликовано видео, где он говорит, что с ним всё хорошо. Но у правозащитников возникают сомнения, что это так, что видео, возможно, постановочное. Вы что-то знаете об этом?

- Я слышал про этот случай. Постановочное это видео или нет - невозможно определить неспециалисту. С чего они взяли, что оно постановочное? У нас никаких обращений от его родителей, родственников нет. Значит, они знают, где он и что с ним, поэтому не обращаются. Лично мне ничего не известно. Если что-то не так - люди бы обращались?.. Значит, всё в порядке.

Комментарий “Кавказ.Реалии”: Певец Зелимхан Бакаев в августе этого года поехал из Москвы на родину в Чечню - и пропал. Источник среди чеченских правозащитников говорил “Кавказ.Реалии”, что к пропаже Бакаева может иметь отношение высокопоставленный чиновник из администрации Рамзана Кадырова. Мать певца обратилась к главе республики за помощью, но реакции на это не последовало. Позже ЧГТРК Грозный сообщил, что Бакаев находится в Германии. СМИ обратили внимание на то, что в видеообращении якобы уехавшего в Европу Бакаева присутствуют мебель и напиток, продающиеся только в России. Уже более трех месяцев близкие Бакаева ничего о нем не знают.

- И у вас у самого никаких сомнений по этому поводу не возникает?

- Да нет, конечно. Мы смотрим телевизор, какие-то передачи - мы же не можем сказать, поддельное это, постановочное или нет, если живой человек рассказывает о себе. Я не знаю, как к этому относиться, и других возможностей узнать нет. Простите, подходит время молитвы, мне пора.

XS
SM
MD
LG