Ссылки для упрощенного доступа

Внезапная пандемия. Как Южная Осетия ждала коронавирус, но оказалась к нему не готова


Пандемия коронавируса, пришедшая в самопровозглашенную Южную Осетию в середине сентября, вызвала настоящую гуманитарную катастрофу. Кавказ.Реалии рассказывает о причинах и последствиях вспышки эпидемии в республике.

Особенно наглядной ситуация в Южной Осетии стала после того, как в интернете появились кадры, на которых видно, что пациенты детской больницы Цхинвали, перепрофилированной под ковидный госпиталь, лежат в коридорах и холлах. Положение катастрофически ухудшилось на фоне нехватки лекарств и кислорода, что стало причиной как минимум двух смертей в начале ноября.

Впрочем, проблемы южноосетинской медицины этим не ограничиваются. Как и везде, COVID-19 начал косить и самих врачей. Заменить медработников оказалось некому. В соседней Северной Осетии подобная проблема была частично решена с помощью студентов медакадемии и медицинского колледжа. К работе в "красных зонах" готовы были подключиться и студенты стоматологического факультета местного университета.

Из России президенту Бибилову поступали четкие сигналы: он может открыть границу, но если эпидемия захлестнет республику, помощи извне едва ли придется ждать

В Южной Осетии медицинских образовательных учреждений нет. Если бы обострение ситуации с коронавирусом в республике пришлось на весну, на помощь медикам могли бы отправить студентов российских военно-медицинских вузов, отозванных на родину с мест учебы для прохождения режима самоизоляции. Но сегодня у них учебный процесс не прерывается. Так что дублеров за спиной южноосетинских врачей не оказалось. Некоторым на помощь пришли их дети: несколько дней назад в осетинских телеграм-каналах разошлась фотография 14-летнего мальчика, который помогал своей маме в "красной зоне", перенося коробки с лекарствами.

"На одну медсестру приходится как минимум 30 больных. Это запредельная нагрузка. Поэтому я предлагаю увеличить штат врачей, чтобы соотношение было хотя бы один к двадцати. Когда медсестры заболевают и их некому заменить, их сменщицы остаются дежурить на сутки в комбинезоне и респираторе, это ужас! Сейчас ситуация выправляется в организационном плане. Уже поняли, что нельзя медсестру бросать на 24 часа – она просто может погибнуть в этих скафандрах. Вот к этому мы медленно идем. К сожалению, все организационные вопросы нужно было решить в самом начале, но организации не было никакой, и от этого мы больше всего страдаем", – жалуется вице-спикер и председатель парламентского комитета Южной Осетии по здравоохранению и социальной политике Александр Плиев.

"Мы не подготовились к пандемии"

До избрания депутатом Плиев сам работал в республиканском многопрофильном медицинском центре. По специальности чиновник – реаниматолог-анестезиолог, поэтому в эти напряженные дни регулярно выходит на работу в "красную зону" на помощь своим немногочисленным коллегам. Говоря об организации мер по борьбе с коронавирусом, он отмечает, что медики фактически оказались брошенными на амбразуру. Тем более не соглашается с критикой в адрес руководства ковидных больниц, высказанной президентом республики Анатолием Бибиловым.

Едва оправившись от коронавируса, глава Южной Осетии побывал в одной из клиник, где, увидев больных в коридорах, раскритиковал организацию работы медучреждения. С этим как раз и не согласен Плиев. Он считает, что в первую очередь в нынешней ситуации виноваты республиканские власти.

"Всем было понятно, что именно такая картина нас ждет, что эпидемия потреплет и нас. Но, в отличие от других стран, во время первой волны мы оказались в выигрышном положении, больных было немного. Однако за шесть месяцев мы не подготовились надлежащим образом к пандемии", – заявил Плиев корреспонденту Кавказ.Реалии.

Весной пандемия фактически обошла стороной Южную Осетию. В республике не были ни тяжелых случаев, ни даже среднетяжелых. Преимущественно болели курсанты российских военных вузов, вернувшиеся в республику на карантин, да и то в легкой степени.

После пребывания во Владикавказе жители Южной Осетии уже возвращались зараженными

Республиканским властям удалось поставить заслон на пути вирусной инфекции, перекрыв границу не только со стороны Грузии, но и со стороны России. У эпидемиологического спокойствия была своя плата – рост цен на сезонную сельхозпродукцию и на товары первой необходимости. Несмотря на попытки властей Южной Осетии умерить аппетиты поставщиков товаров, цены сбить не удалось. Тогда люди стали требовать открыть границы с Россией. Но власти продлевали режим внешней изоляции, приводя в качестве аргумента ситуацию в Северной Осетии, где росла смертность среди заболевших коронавирусом.

"Из России президенту Бибилову поступали четкие сигналы: он может открыть границу, но если эпидемия захлестнет республику, помощи извне едва ли придется ждать, поскольку российские военные госпитали находились за рубежом (в Италии и Сербии. – Прим. ред.), а также были задействованы в проблемных регионах внутри самой России", – рассказал источник Кавказ.Реалии из ближайшего окружения Анатолия Бибилова.

"Мы понимали, что у такой миграции будут последствия"

Несмотря на давление общества, властям Южной Осетии удавалось продлевать режим изоляции, и, вероятно, он был бы продлен осенью, если бы не печально известные августовские события в Цхинвали. В конце месяца в изоляторе временного содержания во время допросов скончался 30-летний Инал Джабиев. Народный сход перерос в стихийный митинг. Президент Бибилов спешно отправил правительство в отставку и, чтобы сбить волну протестов, объявил, что 15 сентября граница с Россией будет открыта. Это решение вызвало катастрофические последствия. В первые же дни у российского погранично-таможенного поста "Нижний Зарамаг" выстроилась километровая очередь.

"У автопотока не было конца. В таком напряженном режиме последний раз пост работал в 2008 году во время и после пятидневной августовской войны. Было понятно, что такая миграция к добру не приведет: после пребывания во Владикавказе жители Южной Осетии уже возвращались зараженными. А вместе с ними болезнь одного за другим выкосила и нас", – рассказал корреспонденту Кавказ.Реалии сотрудник таможенной службы.

Борьба медиков Южной Осетии с коронавирусом поделилась на "до 15 сентября" и "после". Если до открытия границы количество заболевших исчислялось несколькими десятками, то теперь счет шел на сотни. За неполных два месяца в республике заболело более полутора тысяч человек, и это с населением в 40 тысяч во всей республике. Для сравнения: в 700-тысячной Северной Осетии количество заболевших коронавирусом на днях превысило 8,1 тыс. человек.

В решении этого вопроса нам должно помочь население – достаточно соблюдать карантинные меры

Большая надежда возлагалась на российских военных медиков, прибывших из Подмосковья. Однако мобильный госпиталь принимает только тех пациентов, которым не требуется кислородная подпитка. Тяжелых пациентов госпитализируют в республиканский медцентр, наиболее тяжелых отправляют во Владикавказ. По данным южноосетинского Минздрава, в Северную Осетию были переправлены около 15 человек. В их числе и спикер парламента Алан Тадтаев. Однако возможности владикавказских клиник тоже на пределе, каждую неделю североосетинский Минздрав принимает решение о перепрофилировании очередного медучреждения. Последним стал геронтологический центр.

Помощь Южной Осетии пришла также из Грузии: при содействии международного "Красного креста" наиболее сложных пациентов переправляют в горбольницу Мцхеты.

"Во время пандемии забытую в последние три года практику отправки тяжелобольных пациентов пришлось возобновить. Однако и сейчас нашим жителям не так просто попасть на лечение к грузинским врачам, поскольку больницы в Тбилиси и Гори переполнены. Поэтому сейчас тяжелобольных отправляют в больницу города Мцхета. Но даже туда больных гораздо проще довезти, чем во Владикавказ по перевальной дороге", – рассказал источник Кавказ.Реалии в правительстве Южной Осетии.

"Ситуация тяжелая. Ждем помощи от населения"

Глава Минздрава Южной Осетии Георгий Тотчиев характеризует ситуацию в республике как тяжелую, но предлагает не удивляться тому, что больных в цхинвальских клиниках размещают в коридорах и холлах.

"Эти неудобства – вопрос времени, в решении этого вопроса нам должно помочь население – достаточно соблюдать карантинные меры, чтобы мы могли нейтрализовать инфекцию", – заявляет Тотчиев.

Глава Минздрава утверждает, что со дня на день должна решиться и самая острая проблема – нехватка кислорода. Кроме этого, как заверяет чиновник, больше нет и дефицита с обеспечением больницы антиковидными препаратами. Проблему удалось решить благодаря помощи из Северной Осетии, а также от живущих за границей выходцев из Южной Осетии и московской диаспоры. Окончательно, по словам Тотчиева, вопрос с закупкой необходимого объема препаратов будет решен за счет выделения из бюджета республики дополнительных 61,7 млн рублей, часть которых и потратят на приобретение лекарств. Этой суммы, как предполагает глава Минздрава, должно хватить на борьбу с пандемией как минимум до конца года.

Заседание парламента, на котором было принято решение о выделении средств, само по себе стало знаковым событием в политической жизни республики. Законодательный орган впервые смог собраться в условиях продолжающегося два с половиной месяца парламентского локаута. Как сообщил корреспонденту Кавказ.Реалии вице-спикер Александр Плиев, заседание было проведено только в порядке исключения – чтобы внести изменения в бюджет.

"Прошедшее заседание парламента вовсе не означает, что большинство депутатов решило возобновить свою работу. Мы провели заседание исключительно в интересах наших граждан и медиков, которые борются с коронавирусом. Бойкот продолжается: мы продолжаем настаивать на отставке генпрокурора. Этот политический кризис навязан нам тем, что требования абсолютного большинства депутатов игнорируются", – заявил Плиев.

Власти республики, в свою очередь, обвиняют оппозиционных депутатов в политической безответственности, напоминая им через государственные СМИ, что именно они добивались открытия границы с Россией.

"Люди умирают не из-за парламента"

Один из главных политических оппонентов президента Бибилова, депутат и экс-глава МИДа Южной Осетии Давид Санакоев практически ежедневно обличает власти в провале подготовки к борьбе с пандемией.

"За здравоохранение в республике отвечает не парламент. Не парламент провалил подготовку к эпидемии, не парламент устроил хаос в здравоохранении, не парламент довел ситуацию до того, что люди у нас задохнулись от отсутствия кислорода, а в больнице уже давно не хватает лекарств. Не парламент ежегодно осваивал средства по этой линии. Люди умирают каждый день не из-за парламента. И не парламент сейчас разменивает государство, законность, правительство и наше здоровье на свои капризы и отношения с генпрокурором", – утверждает Санакоев.

По словам оппозиционного депутата, в 2020 году в бюджете Южной Осетии на здравоохранение было выделено более полумиллиарда рублей.

"Из этой суммы 183 миллиона парламент утвердил на приобретение медикаментов и перевязочных материалов. Этого было достаточно хотя бы для того, чтобы запастись минимумом лекарств. Достаточно для того, чтобы несколько наших сограждан не задохнулись из-за отсутствия кислорода. Более полумиллиарда всего, 183 миллиона только на лекарства. Разделите эту сумму на численность нашего населения, включая младенцев. Куда дели эти деньги президент с оперштабом и Минздрав, я не знаю. Спрашивать уже некого", – негодует политик.

Бибилов в ответ называет слова депутата ложью: "Вы, уважаемые комментирующие, не заметили одну вещь? Ведь посмотрите, человек ставит пост и потом тешится тем, как вы друг друга терзаете, грызетесь, ругаетесь и иногда переходите на оскорбления! Вы понимаете, что он не будет тут вам разъяснять, объяснять или развивать свой наглый обман тем, которые активно начинают грызть друг друга! Вы понимаете, что он не проявляет уважение под своим постом ни к тем, которые верят в его фальшь, ни к тем, которые видят эту фальшь! И, наконец, вы не понимаете, что ему на всё и всех наплевать!"

Цхинвальский пинг-понг

Независимый журналист Мадина Сагеева называет происходящее в общественно-политическом пространстве Южной Осетии "пинг-понгом" и считает, что гуманитарная катастрофа в республике сложилась из двух составляющих – открытой именно по настоянию депутатов границы с Россией и материальной неготовности Минздрава к пандемии.

"Оппозиция в Южной Осетии обвиняет власть в катастрофической ситуации с ковидом. Это немного неожиданно, потому что в том же самом власть обвиняет оппозицию. Это будет продолжаться бесконечно. Хотя вину власти и оппозиции можно бы было считать равной, если не брать в расчёт причинно-следственную связь. В первую волну Южная Осетия вошла в короткий список буквально нескольких стран мира, не допустивших у себя эпидемии. Добиться этого удалось жесткими мерами: власти закрыли границу на въезд еще в марте. Как итог – всего было инфицировано 90 человек, а вне стен карантинных мер не было ни одного заболевшего", – рассказывает Сагеева.

Минздрав Южной Осетии не справился

Она полагает, что наравне с исполнительной властью ответственность за сложившуюся ситуацию должен нести и парламент. Точнее, та часть депутатов, которые настаивали на отмене карантинных мер, педалируя продовольственную проблему и играя на усталости населения от невозможности выехать из республики. По ее словам, после открытия границы "внезапно" оказалось, что Южная Осетия не готова к пандемии.

"Несмотря на то что штаб по борьбе с распространением коронавируса принимал решения о подготовке и закупке всего необходимого (весной Цхинвал даже смог оказать помощь Владикавказу медицинской аппаратурой), Минздрав Южной Осетии не справился, а когда люди начали массово болеть, в аптеках не оказалось самого необходимого", – заключила журналист.

Согласно официальным данным от властей Южной Осетии, на 17 ноября в республике выявлено 1612 заболевших коронавирусом. В последние дни темпы заболеваемости пошли на спад: третьи сутки подряд врачи диагностируют менее 40 новых случаев заражения.

Текст может содержать терминологию и топонимы, используемые в самопровозглашенной республике Южная Осетия

Смотреть комментарии (2)

XS
SM
MD
LG