"Переименуйте нас в Сирийскую народную республику!"

На заболоченном участке ничего не растет

Жители кузбасского поселка уверены, что только назвавшись Сирией, они смогут получить помощь властей

Жители кузбасского Бунгура под Новокузнецком хотят переименовать свой поселок в Сирию. Только так они надеются получить хоть какую-то помощь от властей.

– В Сирию переименовать Бунгур я предложил, – рассказывает местный житель Сергей Жаворонков. – Потому что мы тогда вправе будем просить правительство Российской Федерации о гуманитарной помощи. У нас же катастрофа, понимаете? А деньгами в нашей стране поддерживают только Сирию. Люди у нас не возражают, чтобы вместо Бунгура была Сирийская народная республика. Я не шучу, я вполне серьезно. Между собой это обсуждаем. Вы же видите: была школа – ее оптимизировали; была библиотека – ее не стало. Оставили сельский совет и памятник участникам Великой Отечественной. Ничего нет, только кладбище есть.

Сирия нам прислала сюда деньги? А мы всегда всех жалели: по рублю, по три скидывались на помощь

​Угольная пыль с ближайшего разреза, трещины в домах от постоянных взрывов там, постоянные перебои с электричеством и водой – такова повседневная жизнь в поселке. Единственную дорогу сюда ежедневно разбивает крупногабаритная техника, идущая с Березовского разреза. Все это реалии обычной жизни поселка с населением в 600 человек всего в пяти километрах от Новокузнецка.

– У нас тут везде Сирия, куда ни кинь. Сплошняком. Нам она что? Они там сами по себе живут. Сирия нам прислала сюда деньги? А мы всегда всех жалели: по рублю, по три скидывались на помощь, – говорит Валентина Волкова.

Об идее земляков переименовать поселок она, разумеется, знает, но не очень верит, что это поможет.

Дорога

Через весь Бунгур проходит асфальтированная дорога протяженностью несколько километров. Она соединяет Новокузнецк и поселок Рассвет. Там, где заканчивается городской участок, видно сразу: ровный асфальт превращается в дырявое полотно, по которому даже рейсовый автобус едет еле-еле. По словам местных жителей, дороге этой около 30 лет. В 1995 году грузовик здесь задавил пожилую женщину, после чего были установлены дорожные знаки о запрете въезда грузового транспорта. Однако четыре года назад, когда в соседнем поселке Рассвет стали копать уголь, большегрузы с углем и лесом стали ездить через Бунгур. Прямо под знаки.

Ольга Лапшина

– Здесь знаки стоят "Ограничение скорости "40 км/ч". Но КамАЗы не едут, они несутся. У меня дом скачет от их езды, – говорит Ольга Лапшина. Она живет в поселке около 20 лет, но переезжать отсюда не хочет, несмотря на все бытовые неудобства. Здесь у нее дом, большой, в 25 соток участок, соседи, которых она хорошо знает.

– По осени ходили к Игорю Смирнову, главе поселения. И только когда сказали, что напишем письмо Тулееву, он за ж**у взялся.

Однако вскоре Смирнов умер, и все проблемы остались нерешенными.

Люди плюнули, не верят уже ничему. Не верят власти, что может быть лучше

– В этом году у нас глава поселения новая – Оксана Лимонова, – продолжает Ольга. – Пришла я к ней, говорю: "12 июня – День независимости. КамАЗ идет, загруженный березами, идет прицеп с ним. И они два раза в день – утром и вечером едут". Лимонова отвечает: "У нас объезда нет, они через Бунгур поэтому везут". То шлакоблоки, то арки здоровенные на мосты, 12-метровые. Это надо либо противотанковые ежи, либо автомат взять и стрелять. Причем едут в обе стороны и дорогу добивают.

Галина Уколова

– Мы ходили в сельский совет и спрашивали: "Почему КамАЗы ходят у нас по улице?" Ответ был такой: "Хозяин тут прописан. А где он будет ездить?" Там есть дорога по полям, пусть отсыпает и ездит по ней, – рассказывает соседка Лапшиной Галина Уколова. Она уверена: еще немного, и из-за плохой дороги рейсовый автобус перестанет ходить. Тогда местные жители и вовсе останутся без связи с внешним миром.

– У нас и так поля зарастают, никто их не обрабатывает, мужики спиваются, – рассказывает Галина Уколова. – Овощи садим все, пенсионеры выживают за счет пенсии. Люди плюнули, не верят уже ничему. Не верят власти, что может быть лучше. У нас 80 детей ездят в школу в Загорск, 30 человек ездят в Рассвет. Просим школу сделать, детский сад сделать. Медицинский пункт здесь есть, но у нас фельдшер может прививки поставить, направление написать, и на этом все заканчивается.

А еще круглый год в огородах и подполах домов в поселке стоит вода. Земляной вал, защищавший дома от обильных осадков, был снесен несколько лет назад. Двухметровый погреб Галины Уколовой сейчас залит почти на 2/3. Такая же ситуация во многих других домах в Бунгуре. Откачивать бесполезно: вода отступает максимум на час. А потом поднимается на тот же уровень. От воды портятся фундаменты домов, трескаются и покрываются плесенью стены, от влажных испарений болеют дети.

На заболоченном участке растет только трава

– Сколько мы привозили навоза для удобрения, все это просто уплыло. В прошлом году я посадила шесть грядок морковки, из них собрали урожай только с половины грядки. Дом просто трещит по швам, сырость внутри. Весь этот запах поднимается вверх, всем этим дышим. Это кошмар. Там взрывают, здесь влага. Представляете, какая утруска дома идет? – говорит Ольга Лапшина. Ее огород действительно заболочен: влажная земля, редкие пучки травы, на огороде уже третий год подряд селятся утки с утятами.

У соседей Ольги в огороде в этом году чуть не утонула лайка.

От взрывов падает штукатурка...

В то, что администрация поселения может решить хоть какие-то проблемы поселка, местные жители уже давно не верят.

...а стены идут трещинами

​– По весне просил сельсовет проложить канаву вдоль забора, до сих пор технику дают. Провода вон провисли и зимой при большом ветре все выбивает. И до сих пор все делают, – рассказывает Александр Волков. – Че головой об стенку биться? Толку никакого. Их как перчатки меняют, туда-сюда. Я в колхозе работал, три раза в год мы видели первого секретаря райкома, председателя райисполкома и всю шишку: приезжали они в посевную, в сенокос, в уборочную. Спрашивай, что угодно. А сейчас у нас со всего села в администрации местной ни одного депутата из Бунгура нет. Интересы села в Загорском поселении никто не представляет. У нас даже местного старосту не положено, потому что администрация здесь находится. У нас власти-то нет. Придешь выписывать уголь – черти че надо. Я спрашиваю, вам справку из военкомата не надо? Взяли документы, сделали копии, ну, храните их у себя. Отговорка: согласно федеральному закону, номер такой-то... и понеслось. Что ни спросишь – все согласно федеральному закону, а нам не так, нам не эдак. Как будто эти федеральные законы мы сидим и изучаем.

Все разложение идет из Белокаменной. Люди приходят – они не профессионалы, неадекватные. Ну, что они могут сделать?

– Я сегодня в приемную Чернова звонил – это первый замглавы Новокузнецкого района. Секретарь сказала: "Это ваши проблемы, как хотите, так с ними и справляйтесь". Никто ничего делать не будет, – говорит Сергей Жаворонков.

По его словам, в селе давным-давно не видели никого ни из городских, ни из областных властей. На обращения и просьбы из этих инстанций людям просто не отвечают.

– Я не надеюсь, что выберут Цивилева и что-то изменится, нет, это все утопия, – уверен Сергей Жаворонков. – Это все разложение идет из Белокаменной. Люди приходят – они не профессионалы, неадекватные, будем так говорить. Ну, что они могут сделать? Ни на что мы не надеемся. Единственное – хотим переименовать Бунгур в Сирию и затем попросим у РФ гуманитарную помощь. Так и напишите: мы жаждем, чтобы вместо села Бунгур была Сирийская арабская республика. Арабов завезем. Государство помогает Сирии. Разруха у нас не меньше, чем там, а внимание к нам вообще нулевое.

Алла Мождженская, "Сибирь.Реалии"