Ссылки для упрощенного доступа

Война и депрессия. На Юге и Кавказе выросло число диагностированных психических расстройств


Родственники и знакомые мобилизованных в Волгоградской области во время их проводов на войну против Украины. Архивное фото

Министерство здравоохранения России отчиталось о количестве впервые зарегистрированных диагнозов психических расстройств и расстройств поведения в 2022 году. Выяснилось, что число обратившихся к психиатрам людей выросло в 11 из 13 регионов Юга и Cеверного Кавказа. При этом эксперты и практикующие психологи сомневаются в достоверности такой статистики.

Краснодарский край попал в пятерку регионов страны по впервые в жизни зарегистрированным диагнозам – расстройства психики здесь нашли у 18,5 тысячи человек, тогда как ранее этот показатель составлял 16,2 тысячи. Общее число пациентов за все время выросло до 151,7 тысячи человек, в 2021 году их было 145,5 тысячи. Согласно официальным данным, на 100 тысяч жителей края тогда приходилось 2,6 тысячи человек с ментальными расстройствами, это ниже общероссийского показателя (2,7 тысячи). Данных по распространенности заболеваний на 2022 год пока нет.

При этом в процентном соотношении рост заболеваемости на Кубани составил лишь 14% по сравнению с довоенным 2021 годом, что в два раза выше, чем в среднем по России (7%), но все же – не самый резкий скачок в ЮФО и СКФО. Лидером здесь является Дагестан – число диагнозов, впервые утвержденных психиатром, выросло в республике на 29%, с 3,6 до 4,6 тысячи. Следом идет Адыгея, где показатель вырос на четверть (с 614 до 769) и Волгоградская область (+22%, с 7,7 тысячи до 9,4 тысячи).

При этом, несмотря на общую тенденцию, в двух кавказских регионах число новых психических расстройств, напротив, сократилось. Это Чечня (–9%, до 1,4 тысячи) и Ингушетия (–13%, до 432). Здесь же в 2021 году была самая низкая распространенность такого рода заболеваний – 876 и 1381 диагнозов на 100 тысяч населения. По абсолютному показателю число жителей Ингушетии, которые имеют ментальные проблемы, выросло за год с 7,1 тысячи до 7,4 тысячи человек, а в Чечне – почти на тысячу заболевших, до 14,1 тысячи пациентов.

Мы не знаем, насколько факт постановки диагноза помогает не загреметь на фронт

Независимый демограф Алексей Ракша в беседе с корреспондентом Кавказ.Реалии сказал, что статистике по заболеваниям он доверяет намного меньше, чем демографической, в которой также регулярно выделяет искажения.

"Я думаю, что административных причин [в разной динамике из статистики по психическим заболеваниям] тут больше, чем естественных. Мы не знаем, насколько факт постановки диагноза помогает не загреметь на фронт. Кроме того, нужно учесть прерывание работы кабинетов в ковид и возможный реальный рост расстройств на фоне самоизоляции", – полагает эксперт.

Действительно, если проанализировать данные за последние четыре года, то уровень диагностики психических расстройств в 2019 году соответствует уровню 2021 года. При этом в 2020 году во время самоизоляции из-за коронавируса наблюдался спад заболеваемости (с 458 тысяч до 384,5 тысячи новых случаев), а в 2022 году этот показатель снова вырос.

Последние данные могут быть интерпретированы по-разному, указывает психолог, гештальт-терапевт, социолог Леонид Цой.

"Эта статистика может быть и косвенным свидетельством дестигматизации психических расстройств в обществе – со временем людям становится менее стыдно обращаться за такого рода помощью. Так что здесь нужны более подробные исследования и опросы. Хотя, как было сказано выше, война уже сказывается и будет сказываться еще долго на всех сферах жизни", – считает эксперт.

"Последствия катастрофы"

Согласно данным ежегодного доклада по заказу ООН, Россия занимает 70-е место по уровню счастья среди 137 государств – за год страна поднялась в рейтинге на 10 строчек. При этом, по данным государственного органа ВЦИОМ, в марте 2023 года индекс счастья россиян поднялся до рекордных за последние четыре года 73 баллов из 100. Счастливыми себя назвали 48% опрошенных. Резкие провалы "уровня счастья" были зафиксированы в мае и октябре прошлого года.

Как уже писал сайт Кавказ.Реалии, во всех республиках Северного Кавказа, кроме Чечни, с начала 2022 года выросло потребление крепкого спиртного. При этом в Чеченской республике в два раза увеличилась розничная продажа пива. Также на Кавказе сократилась зарплата, жители вынуждены были отказать себе в тратах на развлечения, значительно возросла долговая нагрузка северокавказских республик перед федеральным центром, продолжали расти и цены на продукты и товары.

Все перечисленные факты могут быть причиной ухудшения морального состояния населения, заметила в разговоре с сайтом Кавказ.Реалии практикующий психиатр из Кабардино-Балкарии, которая пожелала сохранить анонимность.

"Конечно, стремительные изменения, которые происходили у нас в стране в последний год, влияют на настроение и психику в целом. Мне кажется, это особенно касается мужчин, но подтвердить я это не могу – в своей практике я такого не наблюдала", – сказала она.

Полномасштабное вторжение драматическим образом повлияло на жизнь большинства моих клиентов

Психолог Леонид Цой отметил, что после начала войны против Украины его клиентами становились люди в тяжелом состоянии, с выраженной травмой свидетеля – она возникает у людей, на чьих глазах произошла опасная или смертельная ситуация. Иногда травмирование происходит вследствие постоянного чтения новостей, например, о ходе войны.

"Полномасштабное вторжение драматическим образом повлияло на жизнь большинства моих клиентов, и, зачастую, последствия не только психологические, но и вполне материальные. Если говорить о россиянах, то многие из них были вынуждены покинуть дом, расстаться с близкими, кто-то испытывает травму свидетеля, страх и тревогу за собственное будущее и будущее человечества, за безопасность близких или переживает из-за подверженности родственников пропаганде ненависти".

"Рецепт выживания"

За месяц до начала вторжения российских войск в Украину у Ольги Ивановой из Ростова-на-Дону (имя героини изменено по ее просьбе. – Прим. ред.) было диагностировано тревожно-депрессивное расстройство. В беседе с корреспондентом Кавказ.Реалии она рассказала, что обрадовалась, что в феврале уже принимала медикаменты по назначению психиатра – иначе "все было бы намного хуже". Однако в марте таблетки перестали работать.

"Я постоянно читала новости и никак не могла выключиться из контекста. Мне казалось, что все будет очень плохо, и если даже мы не умрем, наша жизнь станет просто ужасной. Казалось, что вот-вот вырастет железный занавес и мы превратимся в филиал Северной Кореи. Кроме того, мои родители всецело поддержали войну – и на этой почве мы долго конфликтовали", – рассказывает Иванова.

Казалось, что вот-вот вырастет железный занавес и мы превратимся в филиал Северной Кореи

Похожее подавленное состояние было у многих людей из ее окружения, по ее словам, некоторые друзья тоже обратились к психиатру и стали принимать медикаменты. Кто-то до сих пор справляется сам.

"Мы с психиатром увеличили дозировку препарата, и она запретила мне читать новости. К маю состояние выровнялось. Весь год я чувствовала себя прекрасно. Сейчас состояние снова хуже, потому что курс приема закончился, пока организм привыкает", – говорит жительница Ростова.

28-летняя Марина из Ростовской области (героиня попросила не указывать ее фамилию. – Прим.) обратилась к доктору в начале февраля из-за апатии, тревожности и агрессии. Ей также диагностировали тревожно-депрессивное расстройство и назначили медикаментозное лечение – промежуток между началом приема антидепрессанта и началом войны она назвала "лучшим периодом за долгие годы".

"Музыка, погода, люди, ощущения – с мира сняли пленку, приоткрыли линзу и динамики, а я чувствовала себя очень живой! После случилось 24 февраля. Благодаря противотревожным начало прошлось по мне с минимальными потерями. Мой мир тогда не рушился, а мозг старался искать выходы, как быть именно сейчас: свалились семейные проблемы, родители парня слишком настойчиво желали нашего переезда к ним, подальше от границы. Спустя несколько дней мы оба утонули в скроллинге новостей, тревожились от постоянно летающих над городом самолетов. Казалось, что все ощущение от начатого лечения откатилось назад. Не полностью, но значительно", – поделилась Марина.

Она благодарит себя за решение обратиться к специалисту и рассказывает рецепт своего "идеального коктейля выживания" – принимать медикаменты, не читать новости, заниматься спортом, который помогает выпускать тревогу. Иногда это не помогает от апатичности, но ее уровень не сравнится с тем, что был до лечения, говорит Марина.

В начале сентября тревожно-депрессивное расстройство диагностировали и у ее молодого человека.

Всплеск домашнего насилия и уличной преступности, суицидов, депрессий, панических и тревожных расстройств – это одни из самых очевидных последствий

В беседе с сайтом Кавказ.Реалии психолог Леонид Цой признал, что говорить о психологических последствиях "пожара, пока мы еще горим", рано. Однако уже сейчас он может выделить признаки, по которым можно заключить: война против Украины трагически влияет на все сферы жизни общества, а последствия будут сказываться десятилетиями и поколениями.

"Посттравматическое стрессовое расстройство у тех, кто непосредственно переживает боевые действия, всплеск домашнего насилия и уличной преступности, суицидов, депрессий, панических и тревожных расстройств – это одни из самых очевидных последствий. Не говоря о более тонких эффектах, связанных с конфликтами между представителями разных поколений, политических взглядов и гражданами разных стран, стигматизации российского гражданства и идентичности, русского языка как языка оккупантов и т. д.", – говорит эксперт.

Исчезновение лекарств

После начала войны против Украины в России регулярно отмечают нехватку медикаментов. К примеру, в Чечне заканчивается запас зарубежных лекарств для онкобольных детей. В середине марта прошлого года жители Ростова стали жаловаться на исчезновение из аптек препаратов от диабета, депрессии, нарушения работы почек и эпилепсии. О дефиците жизненно важных лекарств в России сообщалось и через два месяца после начала войны.

В июле противотревожный препарат, который Марине назначили на случай ухудшения состояния, пропал из многих аптек. Сейчас получить его можно, заказав через приложение с возможностью самовывоза. С более серьезными сложностями при покупке препаратов столкнулась Елена Кузнецова из Ростовской области, которая уже несколько лет борется с депрессией.

"Состояние мое не улучшилось – есть свои причины на переживания, но ситуация с войной никак не помогает справиться с депрессией. Финансовые проблемы давят сильнее всего, вокруг все только дорожает. Новый "замечательный" закон про ЛГБТ тоже не способствует нормальному ментальному состоянию (Елена – лесбиянка. – Прим. ред.). Еще больше обходишь сотрудников полиции стороной, потому что кажется, что случиться может все что угодно", – говорит Кузнецова.

По ее словам, необходимые ей препараты иногда исчезают из аптек, а вместо медикаментов зарубежного производства приходится принимать российские таблетки, которые сильно уступают по качеству.

Еще больше обходишь сотрудников полиции стороной, потому что кажется, что случиться может все что угодно

"Стабильно препараты могут исчезнуть в аптеках на месяц где-то, потом появляются обратно, что подтверждала и моя врач-психиатр, которая работает в Москве. Сейчас я принимаю один очень популярный и самый дешевый антидепрессант, который у меня когда-либо был. Производство – Франция, но в какой-то момент остались только российские таблетки, в три раза дешевле. Они вызывали у меня непроходящую изжогу сразу после приема.

В какой-то момент появились таблетки австрийского производства. Это было облегчением. Но по рецепту ты не можешь купить больше таблеток, чем тебе назначено в месяц, и приходится каждый раз испытывать удачу. Практически нет никакого смысла ходить по аптекам – на помощь приходят различные приложения, где можно сразу проверить наличие товара. Бывает, что нужно ехать на другой конец города за последней пачкой", – рассказала Кузнецова.

Отсутствие антидепрессантов – это так же серьезно, как и отсутствие любых других важных препаратов, убежден психолог Цой.

"Депрессия является очень распространенным заболеванием, примерно 15% людей оказываются ею затронуты, и это 4-я по частоте причина нетрудоспособности по оценке ВОЗ. Однако, как и другие психические заболевания, она стигматизируется и обесценивается, люди, страдающие депрессией и другими психическими заболеваниями, оказываются в ситуации дискриминации. Вроде если у тебя вирус, никто не говорит тебе: "Соберись, какие еще таблетки, ленивая задница, вставай и иди работать", – говорит эксперт.

***

Согласно докладу Всемирной организации здравоохранения, почти 10 миллионов жителей Украины могут столкнуться с психологическими проблемами, причем примерно у 4 миллионов они могут проявиться в умеренной или тяжелой форме. Сайт Радио Свобода рассказал о том, как война влияет на психику военнослужащих.

Форум

XS
SM
MD
LG