Ссылки для упрощенного доступа

"Еще ни разу не нашли ни похищенных, ни похитителей"


"ЕСПЧ — единственная инстанция, где можно получить справедливое решение", - говорят родственники похищенных.

Среди жертв российских военных - 77-летний пасечник

Европейский суд по правам человека присудил почти 1,2 миллиона евро жителям Чечни и Ингушетии, чьи родственники были похищены российскими военными в 2002-2004 годах.

ЕСПЧ постановил, что российские власти нарушили статьи 2 (право на жизнь), 3 (запрет пыток), 5 (право на свободу и личную неприкосновенность), 13 (право на эффективные средства правовой защиты) Европейской конвенции и присудил 1 181 500 евро компенсации родственникам 17 жителей Ингушетии и Чечни, которые исчезли во время спецопераций российских войск в 2002-2004 годах.

В деле "Яндаева и другие против России" объединены десять жалоб. Пропавшими без вести считаются 17 уроженцев Ингушетии и Чечни: Турпал-Али Яндаев, Саид-Али Хамаев, Султан Сайнароев, Усман Магомадов, Алаш Мугадиев, Расул Тутаев, Асхаб Кончиев, Юсуп Межиев, Лом-Али Ахильгов, Иса Зибухаров, Руслан Зибухаров, Аслан Цураев, Ча-Борз Ибрагимов, Шарпуди Альтамиров, Абдул-Малик и Абдул Дишнаевы, Тимерлан Ахмадов.

Родственников двоих из них представляли юристы правозащитного центра "Мемориал". Это дела 77-летнего пасечника из Ингушетии Султана Сайнароева и 45-летнего директора центра соцобслуживания из Чечни Усмана Магомадова.

Пасечник на коне

Сайнароев жил в селе Галашки Сунженского района Ингушетии. 22 октября 2002 года он был на своей пасеке в 7 км от родного села, потом зашел на соседнюю пасеку, которая принадлежала его знакомым Оздоевым, а после отправился домой верхом на коне. Примерно в это время к Оздоевым пришли около 15 вооруженных военнослужащих, они проверили документы пасечников, а потом один из военных, представившийся Сергеем, спросил, кто только что выехал из их дома на коне. Оздоевы объяснили, что это их сосед, тогда несколько солдат догнали Сайнароева. Военные зашли и на его пасеку, а когда вернулись, Султан сообщил соседям, что его забирают. Причины он не знал, военные сказали, что у них есть к нему несколько вопросов и его доставят в село Аршты.

Сын Султана — Магомет Сайнароев, узнав о случившемся, попытался найти отца, он связался с администрацией Аршты, и начальник местного отдела милиции пояснил, что в селе целый день проводились "зачистки". На следующий день Магомет Сайнароев подал в прокуратуру заявление о незаконном задержании отца.

Обещали вернуть

24 октября Магомет попал на прием к председателю правительства Ингушетии Виктору Алексенцеву. Ссылаясь на слова коменданта военной базы в Ханкале (Чечня), Алексенцев пояснил, что Султан Сайнароев находится у них и военные скоро привезут его домой, но этого так и не случилось.

Магомет Сайнароев сумел встретиться и с тогдашним президентом Ингушетии Муратом Зязиковым, который позвонил командующему Северо-Кавказским военным округом Геннадию Трошеву. Трошев обещал во всем разобраться. 14 ноября 2002 года прокуратура Сунженского района возбудила уголовное дело о похищении Сайнароева (часть 1 статьи 126 УК РФ), расследование которого было приостановлено спустя четыре года "в связи с невозможностью установить лиц, совершивших преступление". В декабре 2007 года родственники Сайнароева обратились с жалобой в ЕСПЧ.

Старт похищений

По словам юриста "Мемориала" Исы Гандарова, представлявшего интересы родственников Сайнароева сначала в России, а потом и в Страсбурге, похищения в Ингушетии начались как раз в 2002 году, и пропажа Султана Сайнароева была одним из первых таких случаев. За последующие несколько лет в республике похитили более 150 человек. Ни одно из уголовных дел, возбужденных по факту пропажи этих людей, не было расследовано.

"Во всех делах, связанных с похищениями людей сотрудниками силовых структур, складывается ощущение, что органы и следствие делают все возможное, чтобы прикрыть эти преступления, не расследовать их. Дела приостанавливают, потом по нашей жалобе возобновляют и это длится бесконечно. Еще ни разу не нашли ни похищенных, ни похитителей", - говорит собеседник "Кавказ.Реалии", отмечая, что после решений Европейского суда следствие по схожим делам тоже могут "реанимировать", но и это не приводит к каким-либо результатам.

"ЕСПЧ — единственная инстанция, где можно получить справедливое решение. Это говорят и большинство родственников похищенных", - резюмирует юрист.

Похищение на КПП

Чеченец Усман Магомадов пропал 28 марта 2002 года, когда ехал на работу из родного села Мескер-Юрт в город Аргун. Когда он подъехал к военному блокпосту на окраине города, находившиеся там военнослужащие открыли стрельбу. Магомадов остановился и вышел из машины, к нему подбежали 3–4 человека в военной форме и в масках, схватили его и потащили к одному из стоявших неподалеку БТРов. Свидетелями похищения стали жена Усмана Маруса Магомедова и жена его брата Элиса Даудова, которые ехали на такси в Грозный впереди машины самого Магомадова. Женщины пытались подбежать к посту, но их не подпустили. Военные сказали, что Усмана повезут в аргунскую комендатуру, но одна из женщин последовала за ними на такси и выяснила, что Магомадова доставили на военную базу "Ханкала".

30 апреля 2002 года аргунская межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело по статье 126 УК (похищение человека). Следствие так и не установило судьбу Усмана Магомадова и не привлекло к ответственности похитителей, пишет "Мемориал". В июне 2008 года родные похищенного обратились в ЕСПЧ.

Откажется ли Россия платить?

Еще шесть жалоб из дела "Яндаева и другие против России" представляет проект "Правовая инициатива". Это дела Юсупа Межиева, задержанного в июне 2002 года на КПП в Грозном, братьев Дишнаевых и Тимерлана Ахмадова, которых в марте 2003 года военные забрали прямо из дома, Турпал-Али Яндаева и Саид-Али Хамаева, схваченных в июне 2003 года на блокпосту в селе Элистанжи, Расула Тутаева, задержанного в октябре 2004 года во время паспортного контроля жильцов многоквартирного дома и других.

"Это постановление вступит в силу 4 марта 2019 года. Сейчас много разговоров о возможном выходе России из Совета Европы. Даже если такое произойдет, правительство России должно будет исполнить все свои обязательства не только по уже опубликованным постановлениям Суда, но и по всем нарушением Конвенции, имевшим место в течение 6 месяцев после объявления о выходе", - говорит адвокат проекта "Правовая инициатива" Ольга Гнездилова.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG