Ссылки для упрощенного доступа

Одинокий свидетель


Максим Лапунов на пресс-конференции в Москве. 16 октября 2017 года
Максим Лапунов на пресс-конференции в Москве. 16 октября 2017 года

Гей из Чечни добивается правосудия

21 марта 2017 году на электронный адрес уполномоченного по правам человека Пермской области пришло письмо. Отправитель разыскивал своего родственника Максима Лапунова, который неделей ранее пропал в Грозном. “По словам друзей, его забрали сотрудники правоохранительных органов, больше никакой информации нет. Прошу помогите найти!” – говорилось в письме, копия которого имеется в нашей редакции. В тот же день заявление о пропаже Лапунова поступило в МВД. Близкие сразу заподозрили, что исчезновение связано с тем, что он гей.

Исчезновение людей и внесудебные расправы в Чечне не редкость, поэтому некоторые друзья Лапунова решили, что его уже нет в живых. "Мы уже не надеялись увидеть его живым", – заметил один из них в разговоре с Радио Свобода. Однако он выжил.

Лапунов занимался в Чечне организацией мероприятий и продажей воздушных шаров. После похищения он убежал из республики, а через полгода рассказал в Москве на пресс-конференции, что с ним произошло: неизвестные схватили его на улице, где он продавал воздушные шары, и 12 дней продержали в подвале полицейского здания в Грозном. По словам Лапунова, там его зверски избивали и угрожали расправой из-за его сексуальной ориентации, кроме того, он слышал, как в соседних камерах бьют и пытают других. Правозащитники считают, что чеченские власти провели "зачистку" геев и бисексуалов.

"Все обвиняли, что я гей, что таких, как я, надо убивать. Надевали пакет на голову каждый раз, когда выводили из камеры, перематывали скотчем, оставляли только… разрывали отверстие для рта. У меня были избиты руки и ноги", – рассказал Лапунов на пресс-конференции в прошлом году. Оказавшись на свободе в конце марта 2017 года, он сразу же покинул Чечню, хотя “буквально еле ползал”, рассказал он на пресс-конференции в Москве.​

Лапунов первый и пока единственный человек, открыто заявивший, что является жертвой кампании против геев в Чечне, которая началась весной 2017 года и переросла в международный скандал. В прессе публиковались анонимные рассказы геев о пытках в Чечне из-за их сексуальной ориентации, однако Лапунов подробно описал то, что ему пришлось перенести, в официальном заявлении и потребовал наказать виновных. "Я хочу, чтобы их за это наказали", – цитирует Лапунова Елена Милашина. Именно она в публикации в "Новой газете" первой сообщила о преследовании геев в Чечне.

С тех пор прошло 12 месяцев, и шансов на то, что хоть кто-то понесет наказание, с каждым днем все меньше. Российские следователи начали проверку слов Лапунова, однако уголовное дело открывать не стали, ссылаясь на невозможность найти независимое подтверждение. В августе российский суд отклонил жалобу, поданную представителем Лапунова. Не помогла даже открытая, хоть и осторожная поддержка Лапунова со стороны уполномоченного по правам человека Татьяны Москальковой. “Дело застопорилось главным образом из-за отсутствия политической воли”, – считает директор российских программ Human Rights Watch Татьяна Локшина. Она сидела рядом с ним на пресс-конференции 16 октября 2017 года. По ее словам, он собирается обратиться в Европейский суд по правам человека. "Он ищет справедливости. Но очевидно, что российские власти ему в этом не помогут", – говорит Локшина.

Сам Лапунов отказался от интервью; его знакомые рассказали, что он уехал из России, опасаясь за свою безопасность.

“Нету у нас геев”

На первые публикации о "зачистке" геев в Чечне в апреле 2017 года власти региона отреагировали с возмущением, заявив, что ничего такого быть не может, потому что геев там нет. "Нету у нас геев. Если есть – заберите в Канаду, хвала Аллаху, подальше от нас… Чтобы не было, чтобы очистили кровь", – сказал Рамзан Кадыров в интервью каналу HBO в июле 2017 года.


Министр Чечни по национальной политике и информации Джамбулат Умаров заявил, что Лапунов "делает себе пиар", и обвинил "Новую газету" в фабрикации материалов для того, чтобы возобновить дискуссию о преследовании геев в Чечне: "Он молчал, уже когда был в Москве, и вдруг, когда все вопросы пришли к нулю, когда все поняли, что в Чечне геев нет, силами "Новой газеты" надо было придумать такого товарища", – сказал Умаров в интервью телеканалу "Дождь".

Действительно, Лапунов публично рассказал, что с ним произошло, только полгода спустя, однако уже вскоре после его возвращения он сообщил близким, что его похитили и избивали полицейские в Грозном. “Максим сразу же рассказал о том, что с ним произошло”, – сообщил нам друг Лапунова.

Если вслед за чеченскими властями предположить, что Лапунов сфабриковал свой рассказ, ему пришлось придумывать множество подробностей. В показаниях, записанных юристом Комитета против пыток Владимиром Смирновым, Лапунов назвал имена и описал внешность некоторых из своих предполагаемых похитителей. Он даже вспомнил, где должны были остаться следы его крови после одного особенно жестокого избиения. Кроме того, он сообщил имена и описал людей, которых, по его словам, били и пытали в соседних камерах за то, что они геи. Один из них был его знакомым: похитители заставили Лапунова заманить его на встречу, где тот был схвачен и жестоко избит. Лапунов подробно описал подвал, в котором его держали. Эти данные он сообщил уполномоченному по правам человека Татьяне Москальковой, с которой встречался за шесть недель до своей первой пресс-конференции.

Осенью 2017 года Лапунов приехал на три недели в Ессентуки, где следователи северокавказского отделения СК провели предварительную проверку его слов, сообщил Смирнов: "Мы просто сидели и уговаривали каждый день следователя отвезти нас в Грозный, на осмотр места происшествия. Макс лично ему говорил, что готов поехать туда и свой подвал показать. И физиономии полицейских, которые там были, опознать”. Однако Лапунова так и не отвезли на место. “Если бы следствие хотело с ним что-то делать – оно делало бы", – считает Смирнов.

В марте проводивший проверку следователь отказался открывать уголовное дело по заявлению Лапунова. 22 августа городской суд Ессентуков признал это решение законным. Следствие не смогло найти в Грозном описанные Лапуновым здания, где его удерживали, сообщается в решении суда. Кроме того, следователи поговорили с множеством потенциальных свидетелей, однако не смогли найти подтверждения его слов.

Сообщения об угрозах

Представители Лапунова, подавшие апелляцию на решение суда от 22 августа, поставили вопрос о возможном давлении на свидетелей со стороны чеченских правоохранительных органов. Сам Лапунов утверждал, что после отъезда из Чечни в течение нескольких месяцев получал звонки с угрозами. На встрече с Москальковой, состоявшейся в августе 2017 года, он говорил, что похитители заставили его оставить отпечатки пальцев на пистолете и угрожали местью, если он обратится к властям. Кроме того, прежде чем выйти на свободу, ему пришлось подписать несколько пустых бланков с объяснениями, говорится в сентябрьском письме Москальковой на имя замглавы Следственного комитета.

В ноябре 2017 года чеченская полиция действительно предоставила федеральным следователям "объяснения", якобы сделанные Лапуновым за три дня до освобождения, подшитые к делу о его пропаже, которое завела чеченская полиция. Мы ознакомились с материалами этого дела. В своих показаниях от 25 марта 2017 года Лапунов якобы утверждает, что не звонил родственникам, потому что был занят делами и у него не было времени починить сломавшийся мобильный телефон.

"За время моего нахождения на территории Чеченской Республики в отношении [меня] никакие противоправные деяния не совершены, у меня все нормально. Я обязательно позвоню своей матери и родственникам, когда сделаю свой мобильный телефон", – говорится в показаниях, подписанных Лапуновым. Однако эти показания не удалось обнаружить в деле, открытом властями Пермского края, которые обратились за помощью к коллегам из Чечни после того, как близкие Лапунова подали жалобу на имя уполномоченного по правам человека в Пермском крае Татьяны Марголиной.

Зато чеченские следователи предоставили документ о том, что им удалось связаться по телефону с родственником Лапунова в Пермском крае, который подтвердил, что Лапунов вернулся к семье: “При дальнейшем телефонном разговоре гражданин, представившийся Лапуновым М.Г., пояснил, что он находится у своих родственников и у него все в порядке”.

Представители Лапунова сообщили суду в Ессентуках об "обоснованных сомнениях" в аутентичности приписываемых Лапунову показаний, однако суд согласился с решением следствия не заводить уголовное дело о похищении.

"Не установлено данных"

В июле один из руководителей генеральной прокуратуры Валерий Максименко заявил в Женеве на заседании Комитета ООН против пыток: "Не установлено данных, свидетельствующих о незаконном задержании и удержании Лапунова, причинении ему телесных повреждений, в связи с чем следователем отказано в возбуждении уголовного дела". Кроме того, по словам Максименко, "выводы следствия также в полной мере корреспондируются с заключением уполномоченного по правам человека Российской Федерации" Москальковой.

Публикацию в "Новой газете" материала о преследовании геев в Чечне Москалькова сначала назвала возможной "провокацией", но затем пришла к выводу, что заявление Лапунова необходимо расследовать, и в мае этого года публично выразила несогласие с решением следователей: “У меня на этот счет свое мнение, что есть основания для возбуждения уголовного дела. Я буду обращаться к прокурору с просьбой пересмотреть это решение”. Представители Москальковой не ответили на нашу просьбу пояснить, изменилась ли ее позиция по поводу заявления Лапунова, о чем говорил Максименко в комитете ООН.

"Чудовищный риск"

Российская правозащитная ЛГБТ-сеть сообщает, что с апреля 2017 года ей удалось вывезти из Чечни 130 представителей сексуальных меньшинств. Большинство из них уехали в другие регионы России.

Правительства западных стран продолжают давить на Россию в связи с нарушением гражданских прав ЛГБТ и сообщениями о преследовании сексуальных меньшинств в Чечне. В августе 15 членов ОБСЕ раскритиковали российского министра юстиции Александра Коновалова, заявившего в мае на Совете ООН по правам человека, что российские власти не смогли найти доказательств нарушения прав ЛГБТ в Чечне. “Не подтвердилось не только наличие фактов нарушения этих прав, не удалось найти даже представителей ЛГБТ-сообщества в Чечне. Пожалуйста, помогите нам это тоже сделать – обнаружить их”, – сказал тогда Коновалов.

15 государств-членов ОБСЕ назвали поступок Лапунова храбрым и задействовали механизм, требующий от России предоставить информацию о конкретных нарушениях прав человека “и привести ряд конкретных примеров, которые демонстрируют неспособность России обеспечить выполнение своих обязательств в рамках ОБСЕ”.

Первый секретарь представительства Литвы в международных организациях в Венне Эгле Маер заявила, что Россия ответила на этот запрос, “оставив без внимания вызывающие озабоченность факты, о которых там говорилось”.

Татьяна Локшина
Татьяна Локшина

Директор российских программ Human Rights Watch Татьяна Локшина говорит о “чудовищном риске” для Лапунова, который оказался “единственной жертвой, осмелившейся подать официальную жалобу”. По ее словам, для этнического чеченца такой поступок был бы еще опаснее.

В январе Кадыров предположил, что чеченский певец, исчезнувший в Грозном в августе 2017 года, был убит родственниками. Правозащитники считают, что Зелимхан Бакаев был задержан полицией в Грозном по подозрению в том, что он гей, и его уже нет в живых.

Локшина говорит, что, хотя "зачистка" геев в Чечне вроде бы приостановлена, международный скандал и яростная гомофобная риторика чеченских властей повышают риск для живущих там сексуальных меньшинств: “Эта табуированная тема, никогда прежде не обсуждавшаяся, вдруг стала предметом широкого общественного внимания… Уже одно это привело к тому, что люди в Чечне начали искать в своей среде геев: оценивать, кто как одевается, кто как себя ведет; пошли сплетни". Геи в Чечне и раньше никогда не жили открыто, “но они хотя бы могли как-то функционировать в своем закрытом пространстве, – добавляет Локшина. – Сейчас это стало еще опасней”.

Карл Шрек, "Радио Свобода"

XS
SM
MD
LG