Ссылки для упрощенного доступа

Турецкие черкесы и Россия: почему Кремль стремится взять их под контроль


Представители черкесских организаций на Дне памяти павших за свободу Черкесии
Представители черкесских организаций на Дне памяти павших за свободу Черкесии

В чем главная проблема черкесских движений в Турции и на Западе и в чем они едины? Эти и другие вопросы обсуждают глава черкесской общественной организации "Хабзэ" Мартин Кочесоко и чеченский историк Майрбек Вачагаев.

Мартин Кочесоко (Кочесоков) – уроженец Кабардино-Балкарии, активист черкесского движения, экс-руководитель общественной организации "Хабзэ", сопредседатель "Демократического конгресса народов России". Аспирант Кабардино-Балкарского института гуманитарных исследований, работал журналистом-фрилансером. В марте 2021 года осужден на 3 года по статье о хранении наркотиков. ПЦ "Мемориал" считает активиста политзаключенным, а дело в отношении него – сфабрикованным. После начала широкомасштабного вторжения России в Украину находится в эмиграции. В 2023 году Минюст объявил Кочесоко "иностранным агентом".


– Уважаемый Мартин, что подвигло вас стать активистом черкесского движения в Кабардино-Балкарии?

– В моем детстве, в селе, где я жил, никто не ощущал проблемы черкесов (геноцид черкесов, его последствия в период и после завоевания Кавказа. – Прим. ред.), потому что практически все жители села – черкесы и все говорили на черкесском. Когда я пошел в школу, то первые четыре класса мы учились на черкесском языке. После – шесть часов в неделю [ученикам] преподавали черкесский язык и литературу, то есть серьезных проблем с языком не ощущалось. Однако с течением времени это сильно изменилось. Сейчас в нашем селе, где живут практически только черкесы, даже в детских садах говорят только на русском языке. В школах всего два урока в неделю на черкесском: черкесский язык и литература. Это очень мало, чтоб научиться писать и читать. И это очень острая проблема в республике и на Северном Кавказе в целом.

– Когда вы поняли, что власть не готова вам уступить в том, что было для вас нормальным как для черкеса?

Черкесский флаг
Черкесский флаг

– Еще до поступления в 2005 году в университет я определился, что буду учиться на историческом факультете, понимая, что это поможет в моем желании заниматься проблемами черкесов. У нас на курсе было 60 человек, из них 50 черкесов. Но ни один из них не владел информацией о черкесском флаге. Можете себе представить, какая была ситуация?

Сейчас черкесский флаг знают везде, и это касается не только черкесов. В мире уже узнают наш флаг. Много изменилось за 18 лет в плане самосознания нашего народа. В 2006 году на 21 мая (День памяти геноцида черкесов. – Прим. ред) преподаватели университета подсказали мне, что в центре Нальчика пройдет митинг и намечается открытие памятника по случаю трагической даты в истории адыгского народа. Я впервые оказался среди людей, которые действительно интересуются и занимаются этой проблематикой.

– Если говорить о Кабардино-Балкарии, то как бы вы охарактеризовали политическую ситуацию на сегодня?

– Резкий подъем национального движения на Кавказе, и в частности в Кабардино-Балкарии, произошел именно в начале 90-х годов XX века. Многие люди начали узнавать, что у черкесов есть большая диаспора, разбросанная по всему миру. Что говорить о диаспоре за рубежом, когда в Кабарде толком не знали, что в Адыгее и Карачаево-Черкесии живут адыги, говорящие с ними на одном языке? То есть на бытовом уровне об этом мало кто знал. Безусловно, знали исследователи, которые занимались этими вопросами. Начались частые взаимные поездки, обсуждение общих проблем и пути решения их на фоне ослабления в регионах от федерального центра.

То есть с 2000 года мы наблюдаем упадок национального черкесского движения на Кавказе, и вплоть до 2006 года ничего существенного не происходило.

С 2007 года впервые в Нальчике на 21 мая было организовано шествие по главной улице столицы Кабардино-Балкарии. Людей было немного, сначала несколько десятков, а позже по мере движения жители города сами становились участниками данного шествия.

В 2012–2013 годы это уже были многотысячные акции. Причем такого рода акции проходили не только в Нальчике, но и в Черкесске, Майкопе, в турецких городах Стамбуле и Кайсери. Особенно все это усилилось на фоне подготовки и проведения сочинской Олимпиады в 2014 году. Примечательно, что Олимпиаду провели на "Красной поляне" ровно в 150-летнюю годовщину завоевании Черкесии.

С 2010 года к ежегодным митингам на 21 мая добавился еще один праздник День черкесского флага (25 апреля), который сегодня отмечается в 50 странах, где есть черкесская диаспора.

Однако с распространением пандемии все акции были свернуты. Но и после снятия ограничений, связанных с коронавирусом, власти не дают разрешения на проведения крупномасштабных мероприятий, связанных с этими памятными датами. Тем не менее, несмотря на запрет люди каждый год выходят, хотя их и не так много, как раньше. То есть полностью акцию прекратить у властей так и не получается.

СПРАВКА: 19–20 мая 1991 года в Нальчике прошел первый конгресс Всемирной черкесской ассоциации (позднее переименованной в "международную" – МЧА). В ней участвовали делегации от черкесского зарубежья Турции и Ближнего Востока, Европы, США, а также делегаты от общественных организаций Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Адыгеи, Краснодарского края, Абхазии. Участники приняли устав МЧА и зарегистрировали его в Минюсте РФ. К концу 90-х годов российским властям уже удалось отчасти погасить инициативу черкесских активистов и взять движение под свой контроль. В 2000 году в Нальчике на съезд МЧА не допустили представителей, которые должны были принимать участие в выборах. Допустили только "провластных участников". С тех пор Международная черкесская ассоциация контролируется властями РФ.

– Кроме расширения использования языка, что вы еще предлагали властям?

Термин "геноцид черкесов" с каждым годом убирался из оборота

– С 2006 года, как я участвую в национальном движении, было поднято много проблем в социальной, культурной и политической сферах жизнедеятельности республики. Например, проблема земельного вопроса в республике или проблема федерализма. Нетрудно заметить, что с каждым годом права республики урезаются федеральным центром. Президент Кабардино-Балкарии стал называться главой, а выборы первого лица субъекта канули в историю. Сейчас главу республики не избирают, а назначают сверху.

В 2020 году неправительственные организации республики договорились писать обращения к властям на черкесском языке, и это вызвало массу проблем для местных чиновников. Когда мы приносили документы, они отказывались их принимать, так как "это вызывало сложности". Им нужно было подключать переводчиков.

В республике были отчислены специалисты из Кабардино-Балкарского государственного университета и Научно-исследовательского института. Причем потеряли работу именно те, кто занимался проблемами языков.

– Да, определенный круг черкесских ученых, которые интересуются и занимаются проблематикой черкесского языка и вообще национальными языками, раздражают власти. Все, что связано с культурой, языком, самосознанием, очень остро воспринимается – местные чиновники все время пытаются перестраховаться. Когда мы в университете писали дипломные работы, то руководители контролировали, чтоб проект соответствовал курсу политики государства. Например, термин "геноцид черкесов" или информация, что во время Русско-Кавказской войны черкесов выселяли, с каждым годом убиралась из оборота. Нам предлагали не акцентировать на них внимание.

В 2021 году у ряда ученых прошли обыски: забирали литературу, технику, допрашивали. Оказывали давление на ученых, профессоров, в том числе и на женщин. Когда это происходит на протяжении долгого времени, то влияет на науку, на ее правдивость. Это негативно сказывалось на общей атмосфере в республике.

В 2022 году группу ученых уволили, и в поддержку многие общественники написали письмо главе республики. Но вместо того, чтобы представители власти отслеживали эту ситуацию и выступали в поддержку ученых, силовики начали притеснять, вызывать подписантов, которые выступили в поддержку.

В 2023 году был уволен профессор Мурат Хоконов за поездку в Турцию. Он достаточно известный ученый, квалифицированный и уважаемый человек среди коллег и студентов. Он сам физик, выступал во многих странах с лекциями, например, в Японии в 90-е годы он презентовал свою работу. Это очень востребованная профессия у нас на Кавказе и не только. У него продолжается судебный процесс, где он добивается, чтобы его восстановили в должности по месту последней работы.

– Вы активно ездите по европейским странам. Удалось ли вам встретиться с коллегами-активистами? Довольны ли вы тем, как организовано черкесское движение в тех странах, где вам удалось побывать?

Стамбул, Турция
Стамбул, Турция

– Да, я сейчас нахожусь в Европе. До этого полтора года жил в Турции, ездил по разным городам, встречался со многими черкесскими организациями – в Турции их около 250, есть три федерации. Там есть не только черкесы, но и все представители народов Кавказа. Например, Кавказская федерация и Кавказский союз. Самая крупная в Турции — KAFFED, которая до последнего времени объединяла 56 организаций. Есть и другие союзы и федерации, объединяющие по 15–20 организаций. Есть и много фондов, организаций, которые не входят в эти федерации.

Они достаточно все активные в плане сохранения культуры, языка, поддержки друг друга. Но многие из них не затрагивают политических вопросов.

– Мы знаем, что эти организации неоднородны по своим политическим взглядам. Что конкретно мешает для реального объединения?

– Во-первых, в Турции черкесов очень много, они живут не в одном месте.

В большинстве регионов страны есть целые районы с черкесскими селами. Поэтому в каждом регионе и в крупном городе есть черкесская организация. В некоторых больших городах их бывает по несколько. Например, в Бурсе больше десяти организаций. Кто-то входит в KAFFED, кто-то объединяется с Черкесской федерацией, и есть те, кто работает под эгидой Кавказского союза. У них разные взгляды в отношения того, с кем работать на международном уровне, в том смысле, что KAFFED входит в МЧА, а Черкесская федерация и Кавказский союз – игнорируют эту структуру из-за отношений с МЧА, то, что для KAFFED нормально строить свою работу с МЧА, для других – категорически неприемлемо.

День черкесского флага в Кабардино-Балкарии, 25 апреля 2018 года
День черкесского флага в Кабардино-Балкарии, 25 апреля 2018 года

Другое противоречие: в последнее время начали появляться новые организации в Турции, которые уже говорят про свободную Черкесию. Но даже в самой KAFFED есть те, кто требует выхода из МЧА, и, наоборот, есть те, кто за сохранение связей с МЧА. То есть основное противоречие – это выйти из-под влияния России, желание оставаться независимыми.

В плане идеологии в черкесской диаспоре нет тех, кто бы не говорил о репатриации. Основная идея – это возможность получения права на возвращение черкесов на историческую родину. Многие говорят, что не хотят в Россию возвращаться – они хотят в свободную страну, потому что их выгнали из Черкесии, а не из России. Но в плане получения права на возвращение – тут все согласны.

– Я думаю, что Россия боится, что миллионы черкесов вернутся. Не думаю, что сразу все миллионы захотели бы вернуться и осесть.

– Это сложно. Не было такого никогда, чтоб люди миллионами сразу взялись и переселились в другое место, это практически невозможно. Тут важно обозначить: речь идет о получении права, чтобы государство не противилось, а создавало эту возможность. Но черкесы, проживающие вне России, лишены этого права сегодня.

СПРАВКА: Российские власти отказали пострадавшим от землетрясения в Турции черкесам в упрощенном порядке возвращения на родину и получении гражданства. По действующему законодательству они являются соотечественниками россиян, поскольку их предки до депортации Российской империей в XIX веке проживали на территории Западного Кавказа. Однако МИД России и другие ведомства указали на невозможность выдачи паспортов черкесам, а действующая более 20 лет программа репатриации фактически остается только на бумаге.

– Хотя есть закон, что бывшие жители даже Российской империи имеют приоритет, чтоб возвращаться. Создаются определенные преграды, чтобы именно черкесы не возвращались?

Основная идея – это возможность получения права на возвращение черкесов на историческую родину

– Да, конечно. С Донбасса многих людей переселяют именно в наши республики. Как будто по всей России нет других мест, если даже нужно переселять. В последнее время из Палестины начали привозить и расселять в республиках Северного Кавказа, получили гражданство неделю спустя. А я встречал черкеса, который 11 лет живет на родине, учился в университете, знает русский язык и родной язык, но не может получить гражданство.

С другой стороны, говорят: "Ну кто запрещает возвращаться? Смогли за 30 лет вернуться несколько тысяч черкесов. Почему остальные не могут?" Я могу сказать: это делается как показатель, как иллюстрация того, что нет запрета. Те, кто вернулся, испытывают на себе сильное давление. От них требуют оказывать влияние на диаспору. Я в Турции сталкивался с ситуацией, когда люди воздерживались от критики политики Москвы по отношению к черкесам именно по причине того, что им с родины звонят и просят не говорить ничего о политике России, мол, иначе нас могут депортировать, если вы что-то не то скажете.

– Вы упомянули многие турецкие организации, в том числе "Кайсери Хасэ". Почему ее выход из KAFFED был настолько громким?

Черкесы, Турция
Черкесы, Турция

– Не только "Кайсери Хасэ" оттуда вышла. На сегодняшний день уже несколько организаций и отдельных известных в кругах диаспоры личностей тоже вышли, протестуя из-за тесных контактов KAFFED с МЧА.

О "Кайсери Хасэ" больше говорят, потому что в Турции это самая крупная организация. Рядом с городом Кайсери находится район, где располагаются около 70 черкесских сел. В этом районе Турции лучше сохранилась идентичность и язык черкесов. Может быть, это связано и с тем, что район был наиболее изолированным по сравнению с другими. Идешь по городу Кайсери, и там слышна черкесская речь, часто встречается черкесская атрибутика: машины с черкесским флагом, кафе с черкесскими названиями. Именно здесь это все наиболее видно и заметно, чем где бы то ни было в Турции.

– В чем вы видите проблему черкесских движений в Турции и на Западе сегодня?

– О нашей проблеме в мире недостаточно знают. В той же Турции, по сравнению с тем, какое количество черкесов там живет, частота, с которой говорят о черкесах, – несоизмерима мала! Главной задачей должно быть освещение черкесского вопроса, создание новых площадок, где можно было бы обсуждать эту тему в рамках черкесских организаций и с представителями других государств, с другими народами Кавказа.

Эта проблема наличествует давно, но она не решена до сих пор, хотя затрагивает миллионы людей. Пока вопрос не будет вынесен наружу, пока на него не обратят внимание в мировом сообществе – его невозможно разрешить. Диаспора разбросана по многим странам мира. Так как права человека и демократические принципы больше соблюдают в европейских странах, то многие черкесы задумываются, чтоб создать площадку в Европе для освещения черкесского вопроса.

– Хорошая площадка у черкесов в Грузии. Есть ли там база, которая может в перспективе развернуться в Европе?

– Начнем с того, что Грузия признала геноцид черкесского народа в 2011 году и создан Черкесский культурный центр, который активно занимается черкесским вопросом, проводит разные мероприятия: культурные, научные, которые выносят эту проблему на всеобщее обозрение. Но в Грузии слишком мало черкесов и страна слишком близка к России.

Черкесы думают, что не так безопасно ставить остро этот вопрос в Грузии именно по причине безопасности. Поэтому нам нужна площадка, где это было бы и безопасно, и можно было бы стратегически выстраивать позицию.

Подписывайтесь на подкаст "Хроника Кавказа с Вачагаевым" на сайте Кавказ.Реалии и слушайте нас на:

Apple Podcasts GOOGLE подкасты Spotify YANDEX MUSICYOUTUBE и на других многочисленных аудиоплатформах.

Форум

XS
SM
MD
LG