Дискуссия о межконфессиональных браках обострилась после неоднозначных заявлений соратника Рамзана Кадырова – командира спецназа "Ахмат" Апти Алаудинова. Спор перешел из религиозной плоскости в политическую, поднимая вопросы о границах традиций и риторике межнационального единства в современной России.
Замначальника военно-политического управления Минобороны Апти Алаудинов в последние годы все чаще выступает не только как командир, но и как публичный спикер, транслирующий провластную риторику о "дружбе народов", межконфессиональном единстве и общем духовном фронте. В своих высказываниях он регулярно использует религиозные образы борьбы с антихристом, вписывая войну в рамку мировоззренческого противостояния. Поэтому теперь ему адресуют и вопросы, не касающиеся войны против Украины.
В начале января краснодарский депутат и провластный блогер Сергей Климов публично обратился к Алаудинову на тему, которая якобы "постоянно вызывает споры" и "волнует всех граждан Российской Федерации" – возможен ли брак "русского православного мужчины" и чеченской девушки? Позже депутат отчитался о личной встрече с высокопоставленным кадыровцем: в ходе разговора Алаудинов сместил акцент с веры и национальности на форму отношений.
По его словам, недопустимыми считаются "самовольные" связи и "побеги" без ведома семьи, а брак с представителем другой национальности возможен – в отдельных случаях и при соблюдении традиционных процедур. Но появление жениха другой веры у собственной дочери Алаудинов расценил бы как признак ее "неправильного поведения" и ошибки в ее воспитании.
Размытые ориентиры
В этот раз ответ Алаудинова вызвал критику не только со стороны русских националистов, но и со стороны представителей чеченской оппозиционной среды.
Слова соратника Кадырова расценили как уклонение от четкого религиозного высказывания. Например, религиозный активист и член оппозиционного движения NIYSO Сайд Али-Варандо заявил, что исламская норма прямо запрещает брак мусульманки с немусульманином и не допускает исключений. Об этом же заявили чеченский оппозиционный блогер Тумсо Абдурахманов и почетный консул Ичкерии во Франции, имеющий исламское образование, Шамиль Албаков.
Публичное обсуждение межконфессиональных браков было неизбежно, отметил Албаков в разговоре с корреспондентом сайта Кавказ.Реалии: когда провластные чеченские спикеры активно участвуют в риторике "единства" народов, демонстрируют союзы с немусульманскими и националистическими движениями и говорят о "братстве", вопрос о браках рано или поздно становится проверкой этих заявлений на практике.
Отдельно Албаков раскритиковал Алаудинова за избирательное обращение к религиозным вопросам, что "приводит к размыванию нравственных и принципиальных ориентиров": "В результате религиозные нормы подменяются политическими конструкциями, а сама тема брака становится инструментом манипуляции общественными ожиданиями".
Чеченский общественный деятель, пожелавший остаться анонимным, в разговоре с редакцией Кавказ.Реалии отметил, что высказывания Алаудинова бьют не столько по религиозной повестке, сколько по доверию внутри самого чеченского общества. Когда религиозные образы выносятся в публичное пространство как часть политического языка, они неизбежно сталкиваются с конкретными религиозными нормами и жизненными вопросами. В этих точках, считает собеседник, и возникает напряжение: высокая символическая риторика перестает совпадать с тем, как устроены традиции на практике.
Политическая ловушка
Регулярные споры вокруг высказываний Алаудинова о религии, браках и идентичности напрямую связаны с его публичной ролью, считает аналитик по Северному Кавказу Гарольд Чемберс: "Алаудинов позиционируется не просто как военный командир, а как представитель модели "многонациональной и многоконфессиональной" России, которую федеральная пропаганда стремится продемонстрировать на фоне войны. В этом качестве командир "Ахмата" вынужден отвечать на вопросы, которые выходят далеко за рамки военной повестки и затрагивают сферу ценностей и частной жизни".
Алаудинов оказался между двумя несовместимыми ожиданиями: с одной стороны, запросом на демонстрацию межконфессионального единства и лояльности федеральному центру, с другой – нормами и установками, принятыми внутри чеченского общества. Попытка совместить все это делает высказывания Алаудинова уязвимыми – любой ответ становится проблемой, указывает эксперт.
Отдельно Чемберс обращает внимание на различие в реакции на схожие по содержанию высказывания. По его словам, в российском провластном поле Алаудинов воспринимается прежде всего как чеченский представитель системы, и именно поэтому его слова о браке мгновенно считываются как политическое заявление, а не как богословское рассуждение. Его публичная активность и стремление говорить от имени "общего фронта" превращают любые высказывания о религии в элемент провластного нарратива, где прямота становится невозможной.
- Алаудинов назвал священника из Сочи "дебилом в рясе" и вызвал гнев православных активистов. Это далеко не первый публичный конфликт высокопоставленного кадыровца: с начала войны против Украины он уже ссорился с ультраправыми, "Z-патриотами", жителями Курской области, российскими пропагандистами и своими земляками.
- Командир чеченского спецназа "Ахмат" Апти Алаудинов согласился войти в состав националистической группы "Русская община Юг" из Анапы. В основной организации, от которой в результате конфликта и откололось анапское отделение, назвали происходящее "провокацией левых чуваков с улицы".
- Националисты из "Русской общины" заметно усилили свою активность – они проводят рейды на рынках, в кафе и хостелах, принадлежащих выходцам с Кавказа. Несмотря на случаи насилия и угроз, правоохранительные органы ограничиваются формальными мерами. По мнению опрошенных сайтом Кавказ.Реалии экспертов, безнаказанность способствует легитимизации ксенофобии.
