Ссылки для упрощенного доступа

"Тебя найдут и убьют". Как силовики из Чечни напали на убежище для женщин в Дагестане


Иллюстративное фото

Вечером 10 июня кадыровцы ворвались в кризисную квартиру для женщин в Махачкале и увезли с собой скрывавшуюся чеченскую девушку. В этой операции им помогали дагестанские полицейские. Последние выволокли из шелтера правозащитницу Светлану Анохину и подопечных убежища.

Халимат Тарамова – дочь одного из приближенных главы Чечни Рамзана Кадырова, директора торгового центра "Гранд Парк" Аюба Тарамова. Именно за ней охотились силовики из Грозного. Девушка сбежала из семьи, потому что подвергалась побоям и насилию из-за своей ориентации.

Дагестанское движение "Марем", которое помогает жертвам домашнего насилия, приютило Тарамову и ее девушку. Ещё до своего похищения из шелтера Тарамова рассказывала Кавказ.Реалии, почему она сбежала из Чечни.

"Было насилие со стороны моих родителей, было насилие со стороны моего мужа. Мне не давали развод. Я давно уже просила маму: "Пожалуйста, пожалуйста, дай мне с ним развестись, я не хочу". Мама мне не позволяла: "Ты будешь жить с ним, и на твое мнение плевать. Ты будешь жить с ним, даже если тебе не хочется". И годами так продолжалось. Я пять лет в браке. Чуть что не так, меня сразу бьют. Я уже боялась. В один момент я подумала, что оставаться здесь дальше небезопасно, потому что была угроза моей жизни, а не просто насилие. Меня предупреждали: "Если ты надумаешь сбежать, тебя найдут, привезут и убьют". Такие угрозы были постоянно и со стороны мужа, и со стороны родителей", – говорила Тарамова.

— Подписывайтесь на наш телеграм-канал!

Днем 10 июня правозащитница и главный редактор "Даптара", сайта о женском пространстве на Кавказе, Светлана Анохина опубликовала на своей странице в инстаграме обращение о помощи. В кризисную квартиру для женщин, по ее словам, пытались проникнуть неизвестные мужчины из Чечни, их сопровождали дагестанские полицейские.

В итоге, по словам Анохиной, на месте они договорились, что Тарамова даст полицейскому пояснения, почему она находится в Дагестане, так как в Чечне девушка была объявлена в розыск как похищенная. В квартиру вошел полицейский, представившийся Далгатом. Опросив Тарамову, он вышел.

Ближе к девяти вечера он вернулся. Когда он постучался в дверь кризисной квартиры, корреспондент Кавказ.Реалии говорил по телефону с Анохиной. Она попросила не отключаться и, выяснив, что это тот самый Далгат, открыла ему дверь. Позже правозащитница пояснит, что отперла дверь по очень простой причине: МВД по Дагестану обещало шелтеру всецелую помощь и охрану, потому в квартире ждали, что с ними свяжутся поговорить об этом.

Правозащитница открыла дверь. Дальше в телефонную трубку было слышно множество женских криков. Анохина успела только сообщить, что в квартиру ворвались. Ее и нескольких женщин дагестанские полицейские буквально выволокли из квартиры, при этом и саму Анохину, и одну из подопечных шелтера несколько раз ударили.

Полицейские задержали Анохину и подопечных кризисной квартиры и увезли в отдел МВД по Ленинскому району Махачкалы.

Корреспонденту Кавказ.Реалии удалось взять небольшое интервью у правозащитницы, когда та находилась в отделе полиции.

– Вы предполагали, что за Халимат могут приехать?

Они сказали, что Халимат в розыске

– Вчера ближе к вечеру, часа в три-четыре после обеда мне позвонили девушки, которые живут в кризисной квартире, и сказали, что в дверь стучат. Когда я подъехала, на лестничной площадке стояли двое: участковый и сотрудник Ленинского райотдела полиции. Я немного быковала, но они вели себя прилично. Я их стала снимать, они не возражали. Они сказали, что у них есть ориентировка, что Халимат в розыске. Я знала, что она ещё при побеге записала видео, в котором сообщила, что ушла по собственному желанию, и просила, чтобы её местонахождение скрывали от родственников.

– Что происходило дальше?

Светлана Анохина
Светлана Анохина

– В шелтер подъехала адвокат Патимат Нурадинова. Мы долго говорили с полицейскими и поняли, что они сами по себе не уйдут. Нас насторожило, что около дома, по нашей информации, были машины с чеченскими номерами, и люди, говорящие с чеченским акцентом. Когда я эту мысль озвучила полицейскому, он не возражал, не разубеждал, не говорил, что никого нет. Мы были вынуждены полицейского впустить в квартиру. Одного. Он записал её [Тарамовой] объяснения. Она сняла повторное видео, в котором повторила, что ушла по собственному желанию. Он с ней сфотографировался и ушел. Сказал, что этого вполне достаточно, чтобы снять её с розыска.

– Как к вам потом ворвалась полиция?

Стаскивали вниз по ступенькам, босиком, без вещей, без ничего

Мне Гаяна Гариева (пресс-секретарь МВД Дагестана. – Прим. ред.) сказала, что нам дадут охрану и что все будет проконтролировано. Типа приедет машина нас охранять. Так как мы ожидали этого, мы открыли человеку, который подошёл к нашей двери. Тут же ворвалась куча людей. У меня отняли телефон. Стаскивали вниз по ступенькам, босиком, без вещей, без ничего. Выволокли во двор. Я отказывалась садиться в машину. Там стояли люди, похожие на чеченцев, и в квартиру вошли люди, похожие на чеченцев, пока наши доблестные полицейские тащили нас вниз.

– Сколько девушек было в квартире?

В квартире были я, женщина с ребёнком, еще две девочки и Тарамова с подругой. Семь. Нас погрузили в машину со словами: "Мы вас спасаем, мы вас перевезём".

Как стало известно местонахождение квартиры?

Когда надо вернуть домой женщину, показать ей, что она не имеет права распоряжаться своей жизнью, активность потрясающая

– Нашей полиции откуда-то стали известны телефоны и другие подробности о людях, которые у нас бывали и некоторое время жили. Им известно даже, на каких машинах девушки из Чечни добирались до Махачкалы, хотя они по дороге меняли их три раза. Они сменили телефонные аппараты. Другими словами, на поиски были потрачены немалые силы. Когда мы пытаемся найти детей, украденных у матери, и их вернуть, все бездействуют. Где дети Нины Церетиловой, до сих пор неизвестно. Но когда надо вернуть домой женщину, когда нужно деталь вернуть на место, чтобы показать ей, что она не имеет права распоряжаться своей жизнью, активность потрясающая.

– Вы в первый раз столкнулись с подобным случаем?

– Это не первая история, когда женщина бежит от насилия в семье или от преследования со стороны мужа и оказывается совершенно беззащитна. Это чудовищно. Мы как активисты, имеющие кризисную квартиру, работаем совсем недолго, но уже насмотрелись всякого. Женщину предает государство, женщину предает собственная семья, ее предает общество, потому что оно готово тут же её осудить. И это очень тяжелая болезненная история. Не первая и, боюсь, не последняя. У нас нет инстанции, в которую женщина могла бы написать заявление, в которой она могла бы сказать: "Я не хочу умирать, защитите меня, пожалуйста".

***

Анохину и одну из подопечных кризисной квартиры полицейские обвинили в том, что они давали Тарамовой и ее подруге наркотики и удерживали их силой. Об этом рассказала одна из задержанных.

"Так они объясняли нам причину нашего задержания. Приехавший чеченец тоже это говорил, как я поняла, это был отец Халимат", – добавила собеседница.

Также девушка рассказала, что, когда она вернулась в квартиру за документами, там было отключено электричество и с корнем вырвана камера наблюдения в коридоре.

"Во всем доме есть свет, а у нас нет. Видеозаписи, очевидно, уничтожены. Кроме того, начальник полиции теперь врет, что нас не вытаскивали насильно, а спокойно попросили выйти из квартиры. Мы якобы отказались, и им пришлось нас под ручку вести на улицу. Но на самом деле нас за секунду вышвырнули, не дали взять ни одежду, ни документы, ни телефон", – утверждает соседка Тарамовой по шелтеру.

Что же сейчас с Тарамовой? Последнее, что мы о ней знаем, известно со слов ее девушки Анны Маныловой. Когда дагестанские полицейские забрали Анохину и других женщин из шелтера, Манылова оставалась с Тарамовой в квартире, захваченной чеченскими силовиками.

С ее слов, которые привела Кавказ.Реалии Анохина, мы знаем, что в квартиру зашли кадыровцы и отец Халимат Аюб Тарамов (некоторые СМИ называют его замминистра ЖКХ Чечни, но на сайте ведомства его имени нет).

"Когда зашел отец, Халимат сразу вскочила на подоконник. Кричала: "Если ближе подойдешь – прыгну". Потом он вышел, появился какой-то другой человек и говорит: "Я сосед, я вас сейчас вывезу". Халима и её подруга вышли с ним, сели в машину, и он привез их в здание МВД рядом с площадью [в центре Махачкалы]. Халиме говорили: "Напиши заявление, что тебя сманили и ты ушла". А она все равно написала, что ушла по собственному желанию из-за побоев и всего прочего. Потом подругу Халимы вывели на улицу и сказали ей идти, а саму её повели к большой толпе чеченцев, запихнули, несмотря на её крики, в машину и увезли. Её не просто предали, её сдали", – рассказала Анохина.

Отметим, что за день до похищения знакомым Маныловой в соцсетях приходили сообщения от неизвестных лиц о ее "причастности к похищению" Тарамовой.

На момент публикации материала все задержанные остаются в отделе полиции. По словам адвоката Патимат Нурадиновой, им всем вменяется административное правонарушение за якобы "неповиновение законному требованию полиции". Все они ожидают суда.

Где и с кем находится Тарамова, правозащитники не знают. Они полагают, что в Чечне ей может грозить убийство по мотивам чести.

Примечателен еще другой факт: журналистка и сотрудница махачкалинского шелтера Екатерина Нерозникова планировала в обед 11 июня вылететь в Махачкалу.

"Мне позвонили из полиции, сказали, что какой-то Олег Буйнов пришёл с нотариальной доверенностью от меня на распоряжение моими счётами. Звонивший потребовал срочно явиться в Управление МВД по Москве и не вылетать в Махачкалу", – рассказала Нерозникова.

Получается, что не только дагестанские правоохранители потакают беспределу чеченских силовиков...

Смотреть комментарии (3)

XS
SM
MD
LG