Ссылки для упрощенного доступа

Развод – дело общественное? В трех республиках Кавказа браки стали распадаться чаще


Иллюстративное фото

На прошлой неделе Росстат опубликовал данные о количестве разводов в стране. В целом по России в 2020 году их число снизилось, однако на Северном Кавказе дела обстоят по-другому: он стал единственным федеральным округом, в котором количество разводов за год стало больше.

В целом же Кавказ сохраняет своё лидерство по числу самых крепких браков. Рост разводов отмечен только в трёх субъектах СКФО – Дагестане, Чечне и Ингушетии. В Дагестане один развод приходится на каждые два заключённых брака, в Ингушетии – на каждые три, в Чечне – на каждые пять. При этом в России в целом число разводов практически равно числу свадеб.

"Эти данные скорее соответствуют действительности, чем нет, – отметил в разговоре с редакцией Кавказ.Реалии независимый демограф Алексей Ракша. – Но там до сих пор разводов гораздо меньше, чем в России, поэтому я не удивлён. Скорее всего, среди причин роста – потеря работы мужьями, закрытие бизнесов и снижение доходов, что естественно было бы ожидать".

Ракша отмечает, что число разводов, кроме Кавказа, выросло и в нескольких других регионах: некоторых национальных республиках и Астраханской области, где живёт много казахов. При этом с религиозными взглядами населения это не связано: в списке есть и далёкие от ислама Алтай и Хакасия.

"Возможно, слом традиционного уклада, который уже давно случился на русскоязычной территории, только сейчас доходит до национальных окраин, а пандемия ускорила многие и до того подспудно развивающиеся процессы, – отмечает демограф. – Зато на Кавказе немного выросла рождаемость. Но это связано не с тем, что люди "сидели дома", а, возможно, с финансированием из федерального центра и переносом маткапитала на первого ребёнка".

"Семья на Северном Кавказе никогда не была делом только двух людей"

Разводы на Кавказе всегда осуждались, и люди всегда стремились сохранить семью, объясняет старший научный сотрудник Центра цивилизационных и региональных исследований РАН Наима Нефляшева.

Когда семья распадается, это имеет резонанс в виде различного рода пересудов

"Люди, не сумевшие сохранить брак, подвергались общественному осуждению, развод мог сказаться на будущем детей уже при выборе их брачного партнера, – говорит эксперт. – Когда перед семьёй вставала угроза развода, то к примирению супругов могли подключаться уважаемые люди – старшие родственники, старейшины, имамы. И сейчас мало что изменилось: когда семья распадается, это имеет резонанс в виде различного рода пересудов".

По словам Нефляшевой, на Западном Кавказе причинами развода всё чаще становятся несходство характеров молодых супругов, чрезмерный контроль со стороны старших членов семьи, на которые накладываются и все остальные проблемы, прежде всего экономические, мешающие строить отношения.

"Семья на Северном Кавказе никогда не была делом только двух людей, – объясняет Нефляшева. – Показателен даже последний случай в Дагестане с куклами, когда, скорее всего, на женщину в течение нескольких лет давили, что у неё нет детей. Мужчина мог быть инициатором развода, когда женщина была бездетной. Или, например, мог привести вторую жену, когда женщина была больна. Женщина же в традиционном обществе могла проявлять инициативу только в исключительных случаях, например, по факту психического нездоровья супруга. В случае домашнего насилия она должна была доказать этот факт".

В Адыгее в 2020 году количество разводов практически равно количеству браков, говорит Нефляшева, но на Восточном Кавказе есть сдерживающий фактор: дети остаются в семье отца.

"Традиционная семья во многом держалась на экономической взаимозависимости, она насчитывала по крайней мере три поколения, проживающих вместе. У женщин и мужчин в традиционной семье были распределены хозяйственные и социальные роли, и этот порядок обеспечивал функционирование семьи как четкой системы. Сейчас изменился экономический контекст, стало больше технологических возможностей, бытовые вопросы легче решаются, а женщины стали экономически независимы. Сейчас молодые люди, хотя по-прежнему прислушиваются к советам родителей при брачном выборе, стараются строить отношения на чувствах и взаимопонимании, они знакомятся самостоятельно, в университетах или через социальные сети, ищут близкого человека, который будет разделять их интересы, а это непросто", – размышляет Нефляшева.

"Нет, я терпеть не буду"

На Восточном Кавказе есть своя специфика, объяснила Кавказ.Реалии старший научный сотрудник Кунсткамеры кавказовед Макка Албогачиева.

Сейчас можно разводиться как по инициативе мужа, так и по инициативе жены

"По большей части браки на территории Ингушетии не регистрируются, – рассказывает Албогачиева. – Многие целенаправленно не хотят заключать браки, чтобы не было обязательств в случае развода. Но сейчас можно разводиться как по инициативе мужа, так и по инициативе жены. Если муж применяет физическое насилие, если он не в состоянии кормить семью, если у него есть вредные привычки – это показания к разводу. Патриархальное общество здесь уже изжило себя. Интересы супругов можно отстаивать как в гражданском суде, так и в шариатском".

По словам Албогачиевой, иной раз бывает, что женщина подаёт на развод и без видимых причин, но тогда она всё равно подвергается осуждению со стороны общества.

"Если никях (мусульманский брак. – Прим. ред.) официально расторгнут, то женщина может повторно выходить замуж, – рассказывает эксперт. – Но ей надо подождать несколько месяцев, чтобы быть уверенной, что она не беременна. Однако если у неё уже есть дети, они в таком случае должны быть отданы отцу или, если его нет, его родственникам. Это распространённая практика. Крайне редко мужчина берёт замуж женщину, которая воспитывает детей. Это не приветствуется родственниками ни со стороны мужа, ни с её стороны".

Албогачиева отмечает, что в Чечне, в отличие от других регионов, дети остаются с отцом, хотя по шариату должны до семи лет жить с матерью, а потом самостоятельно решать, с кем они хотят жить.

По факту бывает так, что детей не только отбирают, но и не дают им видеться с матерью после развода

"Но по факту бывает так, что детей не только отбирают, но и не дают им видеться с матерью после развода. Иногда это бывает не связано с регионом, мы знаем такие истории даже у звёзд. В итоге из-за такой модели поведения страдает прежде всего будущее самих детей", – делает вывод Албогачиева.

В то же время эксперт напоминает, что у разведённых и у вдов разный статус и что разведённая женщина – это женщина, которая не захотела терпеть.

"Многие женщины, чтобы на них не показывали пальцем, даже в советский период старались сохранить семью. Теперь же, получив образование, они говорят: "Нет, я терпеть не буду". И некоторые родители идут им навстречу и принимают их обратно", – объясняет Албогачиева.

Албогачиева считает, что сейчас женщины могут самостоятельно жить, строить бизнес, покупать квартиру и поэтому не хотят терпеть неприятных им партнеров рядом.

"Ингушетия занимает первое место по безработице среди российских регионов, – говорит Албогачиева. – И в Ингушетии самый большой процент женщин, которые никогда не состояли в браке".

"Второй акт Марлезонского балета"

Об отсутствии регистрации браков говорит и профессор ЧГУ, доктор социологических наук, гендеролог Лидия Курбанова. По её словам, браки в Чечне регистрируются в основном только тогда, когда рождается ребёнок. В то же время, если брак зарегистрирован в загсе, но не сделан по шариату, он считается сожительством.

Так как нет точных цифр шариатских браков и разводов, Курбанова может лишь предполагать, каково их число на самом деле.

"Я думаю, что распадается каждый третий брак", – говорит эксперт.

Среди причин, приводящих к разводам в Чечне, Курбанова называет и пандемию, и решение мужа жениться второй раз, и сложные отношения со свекровью.

"Женщина может долго терпеть появление второй жены из-за чувства оскорбленного самолюбия и общественного прессинга, – объясняет Курбанова. – Но если у второй жены появляются дети, тогда начинается второй акт Марлезонского балета, и первая жена может подать на развод".

По данным исследования, которое проводила Курбанова шесть лет назад, 28 процентов женщин среднего возраста в Чечне живут в семьях, где они не единственные жёны. В других республиках этот процент ниже.

Курбанова вспоминает, что изначально "институт второй жены" появился после двух чеченских войн, когда многие мужчины погибли. Однако многие женились не на тех, чьи ровесники погибли, а на более молодых женщинах. Сейчас же выросло целое поколение молодых людей, которые считают второй брак нормой.

"Сейчас создают семьи те, кто родился в 90-е. Многие из них без образования, несоциализированы, не знакомы с традиционными устоями. У них формальное отношение к религии. Эти дети – молодые маргиналы, и они создают очень зыбкие семьи. В то же время, чем выше образование у женщины, тем больше у неё притязаний к браку, – замечает гендеролог. – Тот институт брака, который предлагает общество, не совпадает с её видением. Часто женщина терпит брак только из-за детей, иначе бы разводов было больше".

Согласно тому же исследованию, 44 процента чеченских женщин подвергаются регулярной критике со стороны мужа, а 24 процента ингушских называют одной из главных проблем семейной жизни проявления ревности со стороны мужа.

От женщин ждут большего

Прошлый год, прошедший в условиях ограничений, вскрыл многие проблемы: произошел всплеск домашнего насилия, у людей ухудшилось материальное положение, было меньше возможности сменить обстановку и отвлечься от проблем, считает президент Центра исследования глобальных вопросов современности и региональных проблем "Кавказ. Мир. Развитие" Саида Сиражудинова.

"Но это все говорит о том, что проблемы, возможно, и были, просто людям в обычной ситуации легче справляться с ними, – подчёркивает эксперт. – Новых проблем я не заметила. Просто больше стали реагировать на те проблемы, с которыми сталкивались годами, и больше говорить о них. То, что раньше скрывалось, всё больше и больше обсуждается в женских группах и в обществе. Также начинает меняться и отношение к разводам. Усиление исламского религиозного фактора, допускающего разводы и открывающего возможность для женщин на повторный брак, ограниченную ранее традициями, тоже играет роль".

Во время пандемии в Чечне работала горячая линия психологической помощи, на которую могли обратиться люди с проблемами в семейной жизни.

"Среди моих клиентов увеличилось число разведённых или собирающихся развестись женщин, – рассказала Кавказ.Реалии психолог Ламара Исмаилова. – Я говорю о женщинах, так как работаю в основном с ними. С их слов, причина, по которой они готовы расторгнуть брак, заключается в отсутствии чувства безопасности и стабильности в отношениях супругов. Женщины всё чаще жалуются на страхи и тревоги за свою жизнь и будущее в целом".

Психолог обращает внимание, что женщины решаются на такой шаг, несмотря на то что развод влечёт за собой большие сложности с определением детей с матерью.

"По моим наблюдениям, инициатива развода чаще исходит от женщин. Если в былые времена женщина проявляла терпимость к сложностям кавказских браков, то нынешняя женщина не готова к ним ни психологически, ни физически, – объясняет Исмаилова. – Причины таких изменений разные, это и ослабшая нервная система людей, переживающих посттравматические расстройства с периода военных кампаний, это и травмы поколений ещё с периода репрессий, это и небезопасная ситуация в мире в целом, связанная с пандемией. Все эти факторы оказывают сильное влияние на психику людей, в особенности на женщин, находящихся в несчастных браках".

В то же время, по мнению сотрудников чеченского загса, разводы в республике оформляются лишь юридически.

"Увеличение количества разводов мы связываем с тем, что возможно, граждане разводятся юридически, но по факту они продолжают жить в браке. Это может делаться по разным причинам: возможно, люди хотят обойти какие-то юридические вопросы", – цитирует начальника управления ЗАГСа Раису Висаитову "Чечня сегодня".

В то же время в Чечне "склеивание" семей – это часть государственной политики. Департамент по взаимодействию с религиозными, общественными организациями и внешним связям администрации главы и правительства Чечни отмечает, что за четыре года "воссоединил" 2024 семьи.

Смотреть комментарии

XS
SM
MD
LG