Ссылки для упрощенного доступа

"Шутить можно только про что-нибудь не наше". Преследования на юге России за политические анекдоты

Плакат на митинге в Латвии в годовщину масштабного вторжения России в Украину, иллюстративное фото
Плакат на митинге в Латвии в годовщину масштабного вторжения России в Украину, иллюстративное фото

Жителя Астраханской области признали виновным в "дискредитации армии" из-за "политического анекдота" в соцсетях. Это один из первых подобных случаев – ранее причинами, по которым преследовали за неприемлемые для властей шутки, были статья об оскорблении чувств верующих либо дела об экстремизме. Юмор на чувствительные темы в стране уже приравнен к политическому высказыванию, говорят опрошенные сайтом Кавказ.Реалии эксперты.

В Ахтубинске Астраханской области уже дважды осужденному за "дискредитацию" армии Виталию Журавлеву вынесли третий приговор по той же статье. Причиной, как рассказали в пресс-службе суда, стал оставленный во ВКонтакте комментарий в форме "политического анекдота". Его содержание не приводится. По формулировке суда, вина Журавлева состояла в шутке над совершением российской армией преступлений в отношении собственных граждан, которых руководство страны не относит к категории "наши".

Примеры политических анекдотов подобного содержания можно найти в сети: в одной из его вариаций министр иностранных дел Сергей Лавров звонит бывшему министру обороны Сергею Шойгу и просит не бить по Нью-Йорку, потому что у него там живет дочь – далее собеседники исключают удары и по европейским городам, где живут родственники российских чиновников, пока, наконец, не сходятся в намерении нанести удар по Воронежу, потому что в последнем "наших точно нет".

Антивоенные комментарии Журавлев публиковал в сообществах своего города: срок за анекдот ему назначили после шутки в паблике "Ахтубинск знает". Первый приговор за "дискредитацию" армии в декабре 2024 года ему вынесли сразу по трем эпизодам – об этом же деле известно больше всего из апелляционного постановления областного суда. 45-летнему жителю Астраханской области вменяли в вину публикацию картинок со стихами в группе "Деловой Ахтубинск" с аккаунта под псевдонимом "Mr. Vitor". Комментарии были оставлены во ВКонтакте, директор соцсети по безопасности предоставил все необходимые данные для верификации Журавлева, прямо отмечается в судебных документах.

Шутить можно про Запад, шутить можно про политику Запада и шутить можно про что-нибудь такое не наше

Уголовного преследования за комментарии добилась знакомая Журавлева: из постановления известно, что ее муж воюет в Украине, а сама она руководит волонтерским движением "Ахтубинцы СВО", созданным другим свидетелем. Пост с рекламой этой организации Журавлев и прокомментировал в местном сообществе – он написал, что волонтеры являются мошенниками и "набивают себе карманы". Организатор сборов в суде утверждала, что слова Журавлева о том, что армию "ничем не обеспечивают", пока солдаты "гибнут за страну", "оскорбляет бойцов СВО".

Ее показания подтвердили три свидетеля из числа администраторов сообщества "Деловой Ахтубинск" – они заявили, что неоднократно видели в своей группе комментарии Журавлева с негативной оценкой волонтеров. Его защита при этом обращала внимание, что никто из них в связи с этим не обращался в правоохранительные органы, а показания все трое дали только после возбуждения уголовного дела, "явно желая помочь следствию строго осудить" обвиняемого.

Позиция Журавлева состояла в том, что критика была направлена не на дискредитацию армии, а против конкретной знакомой, которую он "ранее знал с негативной стороны" и потому считал, что "функции волонтера она исполняет из корыстных мотивов" – в ветке под ее комментарием он и оставил свой.

Суд аргументы защиты не убедили: ему назначили два года колонии, на тот же срок запретили администрировать группы в интернете, а также изъяли в доход государства телефон, служивший уликой. Пока приговор обжаловали в вышестоящей инстанции, Журавлев сидел в СИЗО. В письме оттуда он рассказал, что в феврале узнал о возбуждении второго уголовного дела по той же статье – также за комментарии. В мае по совокупности приговоров ему увеличили срок до двух с половиной лет. Третье дело об анекдоте стоило еще двух месяцев заключения: в соответствии с последним приговором, житель Ахтубинска проведет в колонии 2 года и 8 месяцев.

Сообщество "Ахтубинцы СВО", которое администрировала знакомая Журавлева, имеет связи с силовыми структурами региона, выяснил сайт Кавказ.Реалии. "Руководителем штаба" волонтеров в одноименной группе ВКонтакте значится Алексей Иващенко – именно на его карту собирают пожертвования на фронт во всех соцсетях движения. По данным "Спарк", в 2012 году он зарегистрировал в Ахтубинске радиостанцию "Новая жизнь". В сентябре 2022 года – за неделю до создания групп со сборами – ее приобрел "Астраханский патриотический медиацентр", возглавляемый Максимом Терским.

Терский в 2011 году пытался избраться в облдуму от партии ЛДПР и, как и Иващенко, владеет собственным СМИ: на него зарегистрирована газета "Факт и компромат". В картотеке судов редакции Кавказ.Реалии удалось обнаружить иск о защите чести и достоинства к Иващенко и ряду региональных изданий – в Кировский районный суд Астрахани обратился бывший начальник регионального управления по борьбе с организованной преступностью Ренат Салехов: он утверждал, что "порочащую информацию" о нем журналистам передавал бывший руководитель СК по Астраханской области Сергей Бобров – "сливы" от некогда высокопоставленного силовика получал и конечный владелец паблика "Ахтубинск СВО" Максим Терский.

От шутки до приговора

Антрополог Александра Архипова поделилась с сайтом Кавказ.Реалии популярным прифронтовым анекдотом из Белгородской области – этот пример показывает как та же шутка о "наших" и "не наших" легко адаптируется ко времени и месту высказывания.

Стоит "Искандер", среди экипажа разговор:

– Командир, а почему мы по мостам через Днепр не бьём?

– Нельзя, там у родни Потанина интересы.

– А почему железнодорожные узлы не атакуем?

– Нельзя, там у Михельсона капиталы как-то завязаны.

– Ну, а мосты на западе? Вооружение и топливо идут же!

– Ну, там Мордашов договорняк имеет...

Неловкое молчание, а потом командир говорит:

– Слушай, вводите координаты Кремля, там наших нет…

В России не существует системной практики наказаний за анекдоты "на кухне", однако, если шутки выходят в публичное пространство, они могут стать причиной преследования, продолжает исследовательница. По ее наблюдениям, один из форматов недопустимого для властей юмора – "шутки комиков с экрана компьютера".

В июле прошлого года краснодарского комика Алексея Киселева признали виновным в хулиганстве по мотивам религиозной ненависти из-за шутки на его выступлении в 2023 году – ее содержание не приводится, но, по решению суда, в ней автор проявил "явное неуважение православным и католическим объектам культового поклонения и религиозным обрядам". Киселева приговорили к году и двум месяцам обязательных исправительных работ.

Ранее обвиненному в "оскорблении чувств верующих" стендап-комику из Ейска Артемию Останину вменяют создание целой преступной группировки, которая якобы организовывала его выступления с шутками про Иисуса. В одном из своих выступлений комик пошутил про воображаемую встречу с Христом, который сказал: "Я информацию людям принес, и знаете что они сделали? Ну, распяли меня".

Преследование за юмор о войне существует, но (он) оценивается как негативный политический комментарий

Преследование за юмор – это не новая реальность времен "СВО", а существовавшая до этого тенденция, подчеркивает Архипова: в 2020 году из-за шутки о Путине страну был вынужден покинуть комик Александр Долгополов, в 2021 году въезд в Россию запретили его коллеге Идраку Мирзализаде из-за зарисовки о национальных особенностях арендаторов квартир, в том же году в Хабаровске силовики возбудили уголовное дело в отношении команды BarakudaTV, снимавшей юмористические зарисовки о вымышленном чиновнике Виталии Наливкине, перечисляет антрополог.

"Это уже третий известный мне случай преследования за анекдоты про войну – меня назвали иностранным агентом, собственно, за то, что я пересказывала анекдоты. Когда я подала в суд, они дали мне разъяснение, там на 16 страничках аккуратно собраны и проанализированы 16 анекдотов, которые порочат "специальную военную операцию". Преследование за юмор о войне существует, но оценивается как негативный политический комментарий", – заключает Архипова.

Дела за анекдоты в России были и до 2020 года, добавляет преподаватель социологического факультета Карлова университета в Праге Дмитрий Дубровский. В 2018 году он был привлеченным экспертом защиты по делу петербургского активиста Эдуарда Никитина – его судили за публикацию мема с подписью "Хороший ватник – холодный ватник" и анекдота о выборах. Дело Никитина в итоге прекратили по ходатайству прокурора: однако признан невиновным юридически он не был.

"В принципе шутки – это часть политики. И в этом смысле понятно, что это не вообще шутка про какую-нибудь тещу. Про это шутить в России можно. В данном случае репрессии касается шуток, которые понимаются, – и в общем вполне понятно, почему – как политические. И в этом смысле что религиозные вопросы, что другие темы в России проходят цензуру. Довольно хорошо заметно, про что можно шутить: мы хорошо видим это по официальным российским программам, вроде Comedy Club. Шутить можно про Запад, шутить можно про политику Запада и шутить можно про что-нибудь такое не наше. Про наше вообще не надо шутить, не надо совсем ничего", – объясняет Дубровский.

Преследование комиков и комментаторов – не про сам анекдот, продолжает он. "Это вообще про установление глобальных пределов цензуры комического, потому что для авторитарного режима комическое – опасная штука. Гораздо больше, чем прямого сопротивления, режим боится смеха. Потому что смех – это внутренняя свобода, если люди смеются над режимом, это для него очень опасно. Режим всячески преследует тех, кто хоть каким-то образом пытается над ним шутить", – заключает Дубровский.

  • Государственная телерадиокомпания "Магас" уволила ведущую передачи "Горы life" Амину Амерханову из-за скетча в ее инстаграме с упоминанием главы Ингушетии Махмуда-Али Калиматова.
  • Блогерку из Самары Алену Агафонову приговорили к 10 месяцам принудительных работ по делу о реабилитации нацизма. Причиной стал опубликованный ролик, на котором Агафонова в шутку пощекотала грудь памятника "Родина-мать".
  • После концерта питерского стендап-комика Абу Газале Нидаля одного из зрителей заставили извиниться за шутку о чеченских девушках, видео об этом опубликовал провластный телеграм-канал "ЧП Грозный 95". Кто именно записал ролик – неизвестно, ранее на канале публиковались, к примеру, новости о поручениях Рамзана Кадырова и других чиновников.
XS
SM
MD
LG