Новый ставленник Путина во главе Дагестана, украинские атаки на Кубани и прослушка "Ахмата" – об этом и не только в очередном выпуске еженедельного подкаста Кавказ.Реалии.
Слушайте подкаст там, где это удобно вам:
Нам важна ваша поддержка! В условиях ограничений на доступ к платформам в России ваша активность играет ключевую роль. Если вам удобно и безопасно, поставьте лайк, оставьте комментарий и подпишитесь на наш YouTube или Telegram. Это поможет нам продолжать работу и делиться важной информацией. Спасибо!
Чего ждать от перестановок в Дагестане?
Президент России Владимир Путин на этой неделе утвердил на должности временного главы Дагестана Федора Щукина, который до этого в течение двух лет возглавлял Верховный суд республики. Щукину 49 лет, он из Нижегородской области. Его кандидатуру президенту на встрече в Кремле ранее предложили представители региона, а именно – председатель Народного собрания Дагестана Заур Аскендеров, его заместитель Камил Давдиев, глава Махачкалы Джамбулат Салавов, депутаты Государственной думы Нурбаганд Нурбагандов и Хизри Абакаров, а также республиканские депутаты Имран Аваев и Мусафенди Велимурадов.
Теперь Щукина на должности должны утвердить после выборов – они запланированы на сентябрь. Голосовать за нового главу будут не жители, а как раз депутаты местного парламента. Но и это, как на встрече в Кремле дал понять Путин, – формальность. Президент сказал, что он, как того требует закон, предложит Народному собранию Дагестана три кандидатуры, но назначение Щукина можно считать окончательным.
Тот в среду отправил правительство республики в отставку, назначив временно исполняющим обязанности премьер-министра Магомеда Рамазанова, бывшего заместителя полпреда президента в Северо-Кавказском и Дальневосточном федеральных округах. О том, что он получит новую должность, тоже стало известно после встречи дагестанских чиновников с Путиным. Перед этим президент отправил Рамазанова в республику – следить за ликвидацией последствий разрушительного наводнения: он провел несколько совещаний, встречался с людьми "на земле".
По информации дагестанских пабликов, и Щукина, и Рамазанова продвигал Сулейман Керимов, миллиардер и член Совета Федерации от республики. О Рамазанове также известно, что он связан с Федеральной службой безопасности; при этом в апреле именно его называли вероятным следующим руководителем региона.
Бывший глава Дагестана Сергей Меликов занимал должность с 2020 года – тоже по назначению Путина. Его отставку анонсировали в конце апреля, в итоге ее оформили с формулировкой "по собственному желанию". При Меликове в республике произошли протесты против мобилизации на войну в Украину, антиизраильские беспорядки в аэропорту, теракты в Махачкале и Дербенте и, наконец, масштабные наводнения, из которых сотни тысяч людей лишились имущества. Сам бывший глава, подводя итоги своей работы, назвал это "моментами, которые проверяли нас на прочность".
Как считает политолог Руслан Айсин, отставка Меликова за несколько месяцев до окончания срока – это попытка Кремля снять социальное напряжение в республике из-за неспособности властей справиться с последствиями паводков; при этом саму проблему новые назначенцы не исправят, так как являются частью той же системы.
– Накопилось огромное количество претензий к Меликову со стороны федерального центра, огромное количество проблем, которые, естественно, не решаются, потому что ставленники Москвы – в основном силовики – не разбираются в системе управления, не способны коммуницировать с населением. Они действуют по принципу “чем жестче ударить кувалдой, тем лучше”. И рано или поздно эти удары приводят к известным результатам. Я думаю, что это копилось-копилось, и, наверное, последней каплей стали паводки и наводнения – не столько сами они, а сколько протесты населения. И Кремль почувствовал, что нужно сделать кого-то козлом отпущения, чтобы люди успокоились, и канализировать этот протест от себя, от Кремля, в сторону Меликова.
Ну и, я думаю, в стратегическом смысле Кремль уже понимает, что срок-полтора – и нужно менять человека в Дагестане конкретно, то есть к нему исчерпается уровень доверия, какой-никакой, маломальский. И вот нужно заново, заново, заново. Сейчас произошло то же самое, ну и поставили очередного силовика. Я думаю, что представитель судебного корпуса [в РФ] тоже относится к силовикам так или иначе. По крайней мере, он [Щукин] ставленник точно силовой корпорации, и по-другому, я думаю, сейчас в Дагестане быть не может.
Наверное, в связке с этим Магомедом Рамазановым, который является уже сейчас, по-моему, назначен или будет назначен на должность премьер-министра, – эта связка, этот тандем должны вызвать какое-то доверие. Ну и, наверное, какое-то время действительно у них будет кредит доверия со стороны людей. Ну, люди устроены так, что они готовы, хотят верить в лучшее. Но я не думаю, что что-то будет изменено в лучшую сторону, потому что тут как в старом анекдоте – когда сантехник пришел и говорит: "Тут всю систему нужно менять". Как хочешь, так и понимай: систему то ли канализационную, то ли систему политическую.
И, собственно говоря, я думаю, здесь вот эта вот спайка, она будет играть еще в такого доброго и плохого следователя. Это мы увидели, когда Рамазанов, встречаясь с людьми, очень активно использовал исламскую риторику, исламские термины, как бы завоевывая одобрение аудитории. В то время как Щукин – русский человек, он даже не уроженец Дагестана, и поэтому, чтобы как-то смягчить этот аспект, Рамазанов с бородой, вроде как использует исламскую терминологию, это [по мнению Кремля] должно у людей в сердцах откликнуться. Я даже разговаривал с некоторыми дагестанцами, достаточно известными в общественной среде, они говорят, что Рамазанов смог расположить к себе людей, потому что он использует совсем другую риторику. На фоне Меликова, "армейского сапога", это смотрится очень интеллигентно.
Понятно, что здесь Москва имеет огромное количество опыта в плане одурманивания и манипуляции людьми. Я не верю, что что-то способно измениться, даже если [Щукин] человек хороший, но хороший человек – не профессия, как говорят, и вряд ли он что-то сможет изменить, даже если он очень сильно захочет, потому что в этом смысле придется опять-таки сталкиваться с системой, а кто пойдет на это?
Представитель движения "Свободный Дагестан" Умар Хитинав тоже считает, что отставка Меликова – это лишь демонстративная и манипулятивная политическая мера, и с новыми назначениями в республике вряд ли что-то изменится.
–Что же касается проблем в Дагестане – которые были при Меликове и являются продолжением проблем, которые были при [предыдущем главе Владимире] Васильеве и при своих, в кавычках, президентах и главах, – эти проблемы, они вообще не сильно тревожат Кремль и не сильно когда-либо тревожили. То, что происходит в Дагестане, остается в Дагестане.
Это [с точки зрения федерального центра] проблема местных властей, кланов, местного чиновничьего аппарата. В каком плане? Когда что-либо происходит в Дагестане и это становится известно массам, тогда какие-то действия происходят: шевеления, имитация бурной деятельности. Это всегда было.
Не знаю, как относительно других регионов Российской Федерации (Чечню я сейчас не беру – там свое королевство), но то, что происходит в Дагестане, оно решается местными силами. У МВД и ФСБ очень суровые механизмы контроля. Будь то вопрос проблемы ЖКХ или репрессий. Все решается на местном уровне силами МВД и ФСБ. Чиновники, как это уже вылилось устами Меликова, к народу относятся как к черни. Неважно, в какой ситуации это было сказано Меликовым, это лишь отображение того, что дагестанские чиновники, ставленники Кремля думают о народе. Это, к слову, первая часть ответа на ваш вопрос: связана ли перестановка с личностью Меликова? Нет, никак не связана.
Вторая часть ответа на этот вопрос – это уже народные волнения на фоне вот этой катастрофы, возникшей в результате ЧС, в результате природного стихийного бедствия. Почему катастрофа? Потому что то, что произошло, имеет причинно-следственные связи. Десятилетиями ни Кремлю, ни местной оккупационной администрации не было интересно, что нужно развивать, как нужно развивать. Это можно увидеть по примеру экономики, по примеру промышленности. Развивается туризм; на старых коммуникациях развиваются те сферы, индустрии, которые за собой не влекут реальное индустриальное, экономическое, техническое развитие региона. Не влекут за собой, скажем, устранение проблемы безработицы, качественный рост уровня жизни населения и его стремления к развитию.
Соответственно, можно констатировать, что если бы не произошло масштаба ЧС, которая переросла в техногенную катастрофу фактически, то, думаю, Меликов вполне мог бы еще немного задержаться, несмотря на его болезнь, на его усталость. Я считаю, что он устал сидеть в кресле так называемого главы Дагестана, так как это тяжелый регион на самом деле, и по нему даже было видно, что он уже давно хотел бы избавиться от этой должности. Регионом в частности управлял фактически прежний председатель правительства. Меликова часто не было в Дагестане. Он установил вертикаль, распределил полномочия, делегировал и часто уходил, как бы сказать, в отпуска. Соответственно, народное возмущение, которое выливалось в социальные сети и не только, я считаю, оно триггернуло Кремль, так как на фоне всех этих событий раздражать народ не хочется.
План по "СВО", по войне выполняется Меликовым. Бюджет республики фактически сосредоточен на военных нуждах. Это набор и мобилизация контрактников и добровольцев. Это обеспечение их семей. Это реализация процессов, связанных с реабилитацией тех же самых СВОшников, возвращающихся или приезжающих на побывку, это медицина, образование и так далее. Мы же знаем, что их детям предоставляют возможности поступления в вузы, что-то по школам, садикам, с медициной связано, выплаты, жилье. Да, в этом плане региональная администрация дагестанская активно работает.
Но это, кроме туризма, все, что делается. И это направление терять Кремлю не хочется, потому что это очень высокий ресурсный потенциал в плане того, что Дагестан – это обилие, несмотря на небольшое население в три миллиона человек, это обилие молодежи. Это относительно других регионов более высокий уровень процента молодежи, это молодежь от 18 до 35 лет, это же все ресурс, в том числе военный, которых можно мобилизовать, отправить на войну. Оболванить пропагандой, посулить высокие деньги и возможности, как, например, участие в работе муниципалитетов на уровне заместителей или руководителей; даже в работе верховного руководства республики продвигаются интересы Кремля: в выдвижении СВОшников на посты замов, советников.
И я думаю, это главная причина, по которой Кремлю не хочется сейчас триггерить население, дабы не возникло ощущение разрыва, которое реально возникло. Мы все видели, что было бездействие, что, помимо того, что катастрофа случилась именно по причине отсутствия необходимых мер и вложений за десятилетия, так еще и вопрос был в моменте катастрофы, когда не было спасателей, когда не было техники, когда не было помощи, когда фактически деньги собирали всем населением – миллиард рублей собрали. И даже тут вопрос с выплатами уже стоит категорически остро. Людям даже в этих 15 тысячах рублей отказывают мизерных. Люди говорят: "Ну дайте нам их, мы хоть на холодильник потратим, какую-то мелочь себе выберем необходимую, чтобы пережить какие-то кризисные ситуации". Многого не надо, но даже в этом отказывают.
Это колоссальная кипа проблем, и не то чтобы Меликов не справился, просто так уж получилось, что именно на нем сосредоточилось недовольство людей. Я считаю, что население должно все-таки понимать: то, что происходит в Дагестане, оно зависит не от дагестанских властей, а от Кремля. И, к сожалению, недовольство сосредоточилось только на региональном уровне, а не вышло относительно того, что решения принимают в Москве, а значит, ответственные люди сидят в Москве.
Как говорил сам Меликов на совещаниях, мол, руководители отвечают за подчиненных. Он об этом кричал, ругался с чиновниками, топ-менеджерами, а тут парадоксальная ситуация: сам Меликов ни за что не отвечает, и кто его назначил, президент России, – он тоже как бы ни за что не отвечает.
Естественно, у тех, кто осознает, что это система, никаких надежд нет. Мы сейчас увидели такую парадоксальную ситуацию, когда, казалось бы, Кремль выдвинул человека, которого могли принять, – это замполпреда по СКФО Магомед Рамазанов. Его же специально направили в Дагестан в период ЧС. Он буквально заменил первое лицо на земле, особенно учитывая вот этот циничный выход Меликова на ковре, на месте трагедии, катастрофы, где обрушился дом, где люди потеряли имущество. На этом фоне Рамазанов выглядел очень даже успешно, и было понятно, что Кремль выдвигает человека "своего" для республики. Хотя своим он быть не может для Дагестана. Это человек системы, это сотрудник ФСБ, без решения Кремля никто туда не придет и никакими делами заниматься не будет.
Однако по причине пока что не совсем понятных перипетий кого-то не устроила эта кандидатура, и экстренно выдвинули руководителя Верховного суда Дагестана, который в Дагестане всего несколько лет, для которого, я думаю, тоже было неожиданностью это назначение. Но извне приводить руководителя уже было бы, наверное, тяжело – как приводили Васильева и Меликова. Но, как минимум, Меликов – он был в руководстве СКФО, его долго готовили на Дагестан, то есть он светился, его имя как полпреда было на передовицах, он для Дагестана имел определенное значение до того, как стал так называемым главой: он там был, говорил о Дагестане, условно положительно "вмешивался" в происходящее в Дагестане. И потом для всех было очевидно, что он станет главой Дагестана.
А теперь же очень странно, что не привезли человека извне, не назначили полпреда СКФО и даже его зама, а вытащили человека, который в административном поле никто, ноунейм, а с другой стороны, его никто не знает.
Его кандидатуру выдвигала делегация ходоков, как по книге: поехали ходоки к Путину просить его за ноунейма, который по щучьему велению, по их мнению, должен все исправить и все наладить. Пока комментарии по этому поводу давать рано, есть имена, которые стоят за этими людьми, ходят слухи. Естественно, всегда впереди всех слухов идет у нас Сулейман Керимов, который всегда за всеми стоит. И есть и другие имена, чьим протеже является Щукин. Но пока об этом говорить рано, мы будем наблюдать за ситуацией.
Новости войны
На юге России не прекращаются украинские атаки – несмотря на ограничения интернета, которые, как утверждают власти, призваны этим ударам помешать. В конце прошлой недели в Киеве заявили о поражении двух нефтяных танкеров "теневого флота" возле Новороссийска. В соседнем Туапсе продолжаются попытки очистить город и море после целой серии атак по местному НПЗ. К работам привлекают волонтеров. О рисках для людей власти не говорят, но негласно запретили убирать нефтепродукты женщинам, объяснив это "заботой о репродуктивном здоровье".
Под атаку беспилотников в ночь на 8 мая попала Чечня, однако официально об этом не стали отчитываться ни власти республики, ни в Минобороны. По данным чеченского движения Niyso, целью беспилотников стали здание УФСБ в селе Знаменском и военная база или администрация в Ханкале. В Грозном обломки сбитого дрона упали в жилом районе.
В Железнодорожном районе Ростова-на-Дону ввели режим чрезвычайной ситуации из-за атаки на Западный промышленный узел. Там расположено много предприятий, в том числе завод "Эмпилс", атакованный в январе 2026 года, и филиал научно-технического центра "Радар".
Как заявили позднее в Минтрансе России, из-за попадания БПЛА в административное здание "Аэронавигации Юга России" в Ростове-на-Дону была приостановлена работа 13 аэропортов на юге страны, в том числе в Сочи. "Временно приостановлена работа аэропортов Астрахань, Владикавказ, Волгоград, Геленджик, Грозный, Краснодар, Махачкала, Магас, Минеральные Воды, Нальчик, Сочи, Ставрополь, Элиста", - говорится в сообщении.
Что касается армии, она несет потери на Кубани и без украинских ударов: как стало известно на этой неделе, еще в 2023 году в регионе разбился полковник, севший за штурвал учебного самолета в состоянии опьянения. Его имя неизвестно. Командир части требовал взыскать ущерб за уничтоженную технику с летчика-инструктора – более 22 миллионов рублей. В итоге суд сократил эту сумму до 80 тысяч.
В Краснодаре тем временем возбудили уголовное дело из-за повреждения 14 могил участников войны против Украины – неизвестные испортили их фотографии. Согласно официальной версии, это произошло в ночь на 1 мая. Подозреваемые не установлены. Дело расследуют по статье об осквернении воинских захоронений.
В Ставропольском крае еще один контрактник получил срок по обвинению в самовольном оставлении части. Утверждается, что Евгений Кострыкин несколько раз сбегал после лечения в больнице, но затем сам явился в военкомат. В итоге его приговорили к семи годам лишения свободы, хотя сам участник войны просил заменить реальный срок на условный и заявлял о готовности вернуться на фронт.
В Ростовской области за побег обвиняемого в дезертирстве осудили конвоира. Он, по версии следствия, в тайне от начальника снял с военного наручники и отпустил его в магазин – тот попытался скрыться, но позже вновь был задержан. В итоге конвоира (известно его имя – Асхабали Асхабов) оштрафовали на 50 тысяч рублей.
В то же время в Астрахани, как заявила ФСБ, задержан как один из пятерых предполагаемых "пособников спецслужб Украины", которые якобы собирали информацию об оборонном комплексе и транспортной системе. Задержания также прошли в Ижевске, Барнауле и Благовещенске. Утверждается, что подозреваемые переписывались с представителями украинской разведки и якобы передавали им данные не только о важных объектах, но и о российских военных. Дополнительных сведений о личностях задержанных и основаниях для их преследования нет.
Прослушка "Ахмата"
Тем временем сама украинская разведка заявила о проведении операции против спецназа "Ахмат", которым командует российский генерал из Чечни Апти Алаудинов. Как утверждают в Киеве, в результате подразделение понесло "наибольшие потери с начала полномасштабного вторжения". Алаудинов назвал это "сказками".
Согласно информации Главного управления разведки (ГУР) Украины, еще в начале 2025 года был завербован один из бойцов "Ахмата", который затем установил в штабе подразделения прослушивающее устройство, переданное за линию фронта с помощью дрона. Украинская разведка записывала разговоры "всего командного состава", утверждают в Киеве; в феврале-апреле 2026 года информацию использовали для ударов по "Ахмату" в Сумской области: по данным ГУР, за это время был убит 41 боец, 87 получили ранения, более сотни числятся пропавшими без вести.
Информацию о потерях "Ахмата" для редакции Кавказ.Реалии прокомментировал военный аналитик Кирилл Михайлов:
"Это довольно высокие потери, хотя, конечно, нужно думать о том, какими силами воевал "Ахмат" – у нас нет контекста – и насколько активно. Но на самом деле сейчас, когда речь идет про войну малых групп, то это действительно вот так вот выглядит: потери могут в одном подразделении исчисляться десятками, и там набираются уже тысячи, десятки тысяч [погибших]. В целом звучит достаточно правдоподобно по количеству потерь.
То есть, в принципе, сам факт, что кто-то может так сливать информацию – ничего сложного в этом нет. Ну и FPV-дрон – да, нормальный дрон может нести на себе несколько сотен граммов, до килограмма, может, даже больше полезного груза, и его можно использовать не только как боевую часть – даже иногда там воду на FPV доставляют, тем более условный жучок можно таким образом передать, да".
В операции участвовали сторонники Ичкерии – на видео информацию украинской разведки вместе с завербованным агентом представляет Рустам Ажиев, известный как Абдул-Хаким Шишани. В марте с ним встречался президент Владимир Зеленский.
На видео ГУР представлены фрагменты речи, предположительно, командира "Ахмата" Апти Алаудинова – с критикой артиллерии и танковых экипажей армии России, а также оскорблениями в адрес российских десантников. Подтверждения подлинности этих записей нет. Сам Алаудинов назвал их "работой искусственного интеллекта".
При этом Алаудинов ранее открыто критиковал российскую армию – за, по его словам, бездействие, при наступлении ВСУ в Курской области. Руководство Вооруженных сил и глава Чечни Рамзан Кадыров сведения о прослушке "Ахмата" не комментировали.
Самые бедные тратят на "традиционные ценности"
На Северном Кавказе официально зарегистрирован самый медленный темп роста зарплат среди российских регионов. Хуже всего – в Ингушетии, Чечне и Дагестане.
Исследование провело государственное агентство "РИА Новости": основываясь на данных Росстата, покупательской способности, инфляции и прочих показателях, специалисты рассчитали, когда половина населения региона будет получать зарплату не менее 200 тысяч рублей. Согласно результатам, в Ингушетии на это уйдет 22 года, в Чечне – 19 лет, а в Дагестане – 15 с половиной. За ними идут Кабардино-Балкария, Северная Осетия, Калмыкия, Карачаево-Черкесия и Ставрополье.
При этом на неделе также стало известно, что власти республик Северного Кавказа намерены потратить более 20 миллионов рублей на так называемое духовно-нравственное воспитание и формирование "традиционных ценностей". Большую часть этой суммы – 17 с половиной миллионов – выделили в Ингушетии. В регионе планируют организовать лекции духовенства для школьников и студентов. Из этой же суммы будут оплачивать проповеди, посвященные толерантности в обществе.
В Кабардино-Балкарии за полтора миллиона планируют провести форум о "традиционных ценностях", выступать будут в том числе местные депутаты. В Чечне уже провели конференцию "Разговоры о Родине", которая стоила почти 900 тысяч рублей. В Дагестане сохранять "духовно-нравственные ценности" будут на дискуссионных площадках – на них выделили два миллиона рублей.
Подпишитесь на подкаст Кавказ.Реалии:
