Ссылки для упрощенного доступа

Остались без кормильцев: почему на Кавказе растет женская преступность


Женская колония в Краснодарском крае, иллюстративная фотография
Женская колония в Краснодарском крае, иллюстративная фотография

В республиках Северного Кавказа зафиксирован рост количества преступлений, совершаемых женщинами. Ситуация по этому показателю ухудшилась в Дагестане, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии и Ингушетии. Чаще всего речь идет о преступлениях небольшой тяжести, прежде всего о мошенничестве с социальными выплатами. Сайт Кавказ.Реалии разбирался, с чем связан рост женской преступности в регионе.

Согласно официальным данным, в целом по России число совершаемых женщинами преступлений снижается. За шесть месяцев 2023 года было зафиксировано 67 тысяч таких случаев, за тот же период прошлого года – 70 тысяч, а, например, в первой половине 2013 года в стране задержали 80 тысяч женщин. Похожая динамика прослеживается и в годовой статистике. При этом на Северном Кавказе наблюдаются другие тенденции.

В 2022 году в Дагестане было выявлено 1229 преступниц – это наивысший показатель с 2008 года (более ранняя статистика неизвестна). Изменения в сторону роста прослеживаются и в данных за первую половину текущего года: 695 предполагаемых преступниц против 672 за прошлые январь-июнь.

Они ищут пути выживания, порой незаконные

Похожая ситуация наблюдается в Кабардино-Балкарии. В первой половине этого года здесь было выявлено 420 предполагаемых преступниц, за аналогичный период прошлого года – 339. Всего в 2022 году в республике оказалось 668 обвиняемых женщин – это тоже максимальный показатель за полтора десятилетия.

В Северной Осетии за первое полугодие задержаны 317 женщин, совершивших преступления. Больше нарушительниц было только в 2009–2010 и 2015–2017 годах. Общий прошлогодний показатель – 603 задержанных – в республике оказался одним из самых высоких за последнее время.

Рост женской преступности также прослеживается в Ингушетии: 95 задержанных за шесть месяцев этого года против 73 в прошлом. Больше предполагаемых преступниц в республике задерживали только в 2014 и 2015 годах – 105 и 100.

С 2023 года Генпрокуратура России прекратила публикацию правой статистики, до этого на специализированном портале выкладывались подробные сведения, в том числе по социальному портрету преступности в российских регионах. Последние данные по Дагестану датированы 2021 годом. Согласно им, больше всего преступлений совершали женщины в возрасте 30-49 лет (50% от общего числа), 75% преступниц не имели постоянного источника дохода, а у 58% было только начальное или общее образование.

Преступления от безысходности?

Социолог и юрист Расул Абдулхаликов уточняет, что оценка динамики регистрируемой женской преступности в абсолютном и относительном выражении различается. В абсолютных цифрах она сильно выросла, но доля такой преступности в Дагестане остается низкой и в последние 12 лет составляет в среднем около 10% от общего числа зарегистрированных преступлений – остальные совершены мужчинами. Без подробных криминологических данных, а такая аналитика в свободном доступе отсутствует, о причинах этого процесса говорить сложно, но на него могут повлиять несколько факторов.

"В регионе продолжаются процессы эмансипации и урбанизации, приводящие в том числе к росту женской субъектности и снижению уровня гендерного неравенства. Это может находить отражение и криминальной статистике. Мы, например, однозначно видим рост числа женщин в бизнесе, госслужбе, бюджетных учреждениях, сфере здравоохранения. Вместе с этим растет и количество совершаемых ими экономических и должностных преступлений", – объясняет социолог.

В большинстве случаев более тяжкие преступления связаны с самообороной

То есть региональная криминальная статистика следует за социальной динамикой, заключил собеседник.

"В последнее время стало больше приговоров в отношении женщин, связанных со сложной экономической ситуацией. Они ищут пути выживания, порой незаконные. Чаще всего это мошенничество при получении социальных выплат, когда в органы власти предоставляется недостоверная информация о праве на такую поддержку, в том числе покупаются соответствующие справки. Часть дел – о незаконных подключениях к коммунальным сетям, чтобы сэкономить на их оплате", – перечисляет президент Центра исследования глобальных вопросов современности и региональных проблем "Кавказ. Мир. Развитие", социолог Саида Сиражудинова.

Она подчеркивает: уголовных дел по преступлениям против личности, жизни и здоровья, связанных с насилием, фигурантками которых были бы жительницы Дагестана, немного, хотя и они присутствуют. В целом количество совершаемых жительницами Северного Кавказа именно тяжких преступлений всегда было одним из самых низких в стране.

"Женская преступность фиксируется среди разных групп. Но в большинстве случаев более тяжкие преступления связаны с самообороной. И достаточно редко, но такое тоже бывает, можно встретить преступления с жестокостью", – отметила собеседница.

Ситуацию усугубила война

В случае с Дагестаном предположения об экономических мотивах роста женской преступности косвенно подтверждают прошлогодние приговоры – около половины из них не связаны с реальным лишением свободы, что свидетельствует о преступлениях небольшой тяжести.

"Стало больше обвиняемых в мошенничестве, резко выросло число задержанных по статьям о незаконном хранении и сбыте наркотиков", – отметил имеющий доступ к судебным данным собеседник редакции, пожелавший сохранить анонимность.

Еще один общественник, тоже попросивший не раскрывать его имя, назвал дополнительным, но еще не до конца проявившимся фактором роста женской преступности, падение уровня жизни после начала полномасштабной войны в Украине в 2022 году.

Обещанные за участие в войне крупные выплаты фактически никак не сказались на благосостоянии семей бойцов

"Несмотря на свой экономический и людской потенциал, Дагестан традиционно занимает последние места в рейтингах по уровню доходов населения и качеству жизни в целом. Ситуацию усугубила "специальная военная операция" (СВО – так власти России называют войну против Украины. – Прим. ред.), экономические последствия начала которой усилили реальное падение доходов жителей. Потом началась мобилизация – на фронт забирали даже многодетных отцов, семьи остались без кормильцев", – обращает внимание собеседник.

По всей стране мобилизованные жалуются, что им приходится за свой счет приобретать снаряжение, даже детали для ремонта техники. Также значительная часть обещанных Минобороны больших зарплат уходит на организацию собственного питания в зоне "СВО", делится общественник. Такие жалобы поступали и от дагестанских военнослужащих.

"То есть обещанные за участие в войне крупные выплаты фактически никак не сказались на благосостоянии семей бойцов. Оставшись одни с детьми, женщины вынуждены как-то выкручиваться, в том числе с помощью незаконных схем, чтобы хоть как-то прокормить семью", – заключил собеседник.

  • На Северном Кавказе правоохранительные органы зачастую игнорируют домашнее насилие, а порой помогают преследователям найти своих жертв. Для этого их, например, объявляют "пропавшими без вести" или заведомо ложно обвиняют в краже. В этом году стало известно уже о нескольких таких случаях – сайт Кавказ.Реалии вместе с правозащитниками изучал подробности.
  • Число зарегистрированных в январе-апреле тяжких и особо тяжких преступлений в Ингушетии и Северной Осетии оказалось максимальным за все время ведения такой статистики с 2010 года. Это следует из данных МВД России.
  • Суд в Ростове утвердил приговор военнослужащему Дмитрию Федорину. Его признали виновным в причинении вреда здоровью средней тяжести маленькому ребенку. Как следует из приговора, между двумя детьми возник конфликт, в который вмешался отец одного из мальчиков – Дмитрий Федорин, он несколько раз ударил другого ребенка. Экспертиза оценила полученные травмы как повлекшие длительное расстройство здоровья.

Форум

XS
SM
MD
LG