Ссылки для упрощенного доступа

"К кавказцам в российских колониях относятся предвзято"


Омск. Исправительная колония №6

Адвокат Вера Гончарова – о страданиях своих доверителей

Адвокат "Руси сидящей" Вера Гончарова представляет интересы кавказцев, отбывающих наказание в российских колониях. В интервью "Кавказ.Реалии" она объяснила, почему уроженцам СКФО тяжелее, чем остальным.

–​ Вера, предвзятое отношение к кавказцам в российских исправительных учреждениях – это миф или реальность?

– Отношение к чеченцам и в целом к кавказцам в российских колониях мне видится предвзятым. О применении насилия к себе рассказывали многие, некоторые даже обращались в правоохранительные органы.

Вера Гончарова
Вера Гончарова

О жестоком обращении в ИК-7 (Омская область) говорил выходец из Чечни Малхо Бисултанов. По его заявлению проводились проверки и многократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постоянно поступают сигналы от Мухтара Алиева, отбывающего наказание в той же ИК-7. Издевательствам подвергался уроженец Чечни Апти Акиев – в СИЗО-1 и в ИК-6 (Омск).

Есть и другие заключенные (чеченцы, аварцы, азербайджанцы), подвергшиеся пыткам и бесчеловечному обращению, чьи имена по разным причинам не могу называть.

Кто-то из них обратился в Европейский суд по правам человека, кто-то на свой страх и риск написал генеральному прокурору, уполномоченному по правам человека… Кто-то ожидает освобождения и планирует уже на воле рассказать о том, что с ним происходило.

–​ Есть мнение, что многие надзиратели участвовали в чеченских войнах, поэтому таким образом мстят.

– Может, доля истины в этом есть. Не исключено, что "особое" отношение кавказцы заслужили еще и благодаря своему менталитету. В системе исполнения наказаний под исправлением понимается постоянное унижение и подавление воли.

Чеченца же сломить очень сложно. Ни один из моих доверителей-чеченцев не отказался от своих жалоб (либо не писал их вовсе). Мне кажется, что сотрудники ФСИН опасаются таких гордых, твердых и принципиальных мужчин.

Что со свободой вероисповедания в тюрьмах?

– Где-то запрещают молиться под угрозой дисциплинарных взысканий, а где-то заставляют есть свинину. В колонии нельзя иметь молельный коврик. Не везде есть молельная комната (или же невозможно добиться разрешения на ее посещение). Не приходит имам.

Из-за поступающих мне жалоб из Омской области я обратилась во ФСИН России и прокуратуру. Из ответов следует, что сейчас отсутствует соглашение между региональным УФСИН и зарегистрированной мусульманской организацией.

К слову, после моих обращений им стали позволять молиться. В обмен на это начальство колонии предложило всем написать, что их право на свободу вероисповедания не нарушается. А имам так и не пришел.

–​ Некоторое время назад Рамзан Кадыров предложил перевести заключенных чеченцев на родину. Здравая идея, по-вашему?

– Важно, чтобы осужденный отбывал наказание не слишком далеко от родных. Осужденные, направленные в удаленные, как правило, северные регионы России, испытывают проблемы с климатом, к которому не привыкли. Но прежде всего их мучает невозможность видеть близких.

Мать заключенного (например, пожилая женщина) не может преодолеть огромный путь в тысячи километров. Тяжело как физически, так и финансово. Зачастую пожилые родители обращаются во ФСИН с просьбой направить их сына поближе к дому, прикладывают подтверждающие документы – о возрасте, состоянии здоровья, инвалидности, материальном положении и т.п. Однако почти во всех случаях получают отказ.

Есть ли среди ваших доверителей те, кто прямо сейчас подвергается серьезной опасности в тюрьме?

– Опасаюсь за Мухтара Алиева, который отбывает наказание в ИК-7 Омска. На днях получила от него письмо: "А меня наверняка прикончат здесь, я в этом совершенно твердо убежден. Как они мне всегда твердят, одним трупом больше, для нас это не имеет никакого значения, мы спим спокойно".

Беспокоит меня и судьба Руслана Сулейманова, он находится под административным надзором в небольшом дагестанском городке. Учитывая возникшие сложности после его публичных выступлений о пытках, думаю, он очень уязвим.

Тревожно за Апти Акиева и всех, кому предъявлено обвинение в дезорганизации работы ИК-6 (ст.321 УК РФ). Среди обвиняемых люди разных национальностей, но, как мне кажется, большинство – кавказцы. Пока есть надежда, что следствие постарается объективно разобраться в случившемся.

Общественности надо постоянно напоминать о том, что происходит в российских тюрьмах. Многим кажется, что там находятся только опасные преступники... Думают, что ни их самих, ни их близких тюрьма никогда не коснется, а все ужасы о пытках либо единичны, либо придуманы правозащитниками, которые хотят "попиариться на зеках". Это не так.

Смотреть комментарии (67)

XS
SM
MD
LG