Ссылки для упрощенного доступа

Опыт печален. Чего ждать от новой стратегии развития Дагестана?


Махачкалинский порт

В мае этого года должен быть опубликован текст новой стратегии социально-экономического развития Дагестана. Предполагается, что она определит жизнь республики на ближайшее десятилетие – до 2030 года. Чего от неё ждать и насколько были выполнены предыдущие подобные проекты?

Стратегии социально-экономического развития разрабатываются для каждого региона. Их стоимость обычно бывает достаточно высока: так, в Краснодаре пару лет назад контракт был заключён на сумму в 10,2 млн руб., в Сахалинской области – на 37 млн руб., в Ростове-на-Дону – на 5 млн руб. Информации о стоимости разработки уже имеющихся стратегий в Дагестане, так же как и новой, на сайте госзакупок нет.

"Стратегическое планирование в Дагестане имеет свою печальную историю. В 2008–2009 гг. была разработана Стратегия-2020, весной 2009 года её представили правительству, после она прошла первое чтение в Народном собрании. Но в итоге Стратегия-2020 не была утверждена. В 2010 году очередной руководитель республики инициировал разработку третьей Стратегии-2025, которая была утверждена в 2011 году. Но, за исключением 2012 года, документ реализован фрагментарно, фактически не исполнен. Почему документ, утверждённый в ранге закона РД (Республики Дагестан. – Ред.), не исполнялся, никто не может ответить", – писал ещё зимой руководитель проектно-ресурсного офиса развития территорий, эксперт Общественной палаты РД Маир Пашаев.

Сейчас предпринята четвёртая попытка разработки стратегии. Разрабатывают её как раз Маир Пашаев и экономист Фадик Мугулов. Прогнозы изначально были не очень оптимистичными.

Имея достаточно большой внутренний рынок, республиканское правительство уже долгие годы не может задействовать его потенциал

"История и опыт стратегического планирования в Республике Дагестан однозначно не в пользу республиканской власти, – отмечал Пашаев. – Неспособность региональной власти на протяжении десяти лет сформулировать и реализовать Стратегию – очень тревожный сигнал. Имея достаточно большой внутренний рынок, республиканское правительство уже долгие годы не может задействовать его потенциал, что является одной из приоритетных задач Стратегии. И в связи с незавидной судьбой трех предыдущих Стратегий возникает вопрос: насколько вероятна результативная работа при разработке Стратегии-2030?"

У Пашаева вызывали беспокойство и стартовые позиции Стратегии: процессы ухудшения деловой среды, снижения предпринимательской активности, уменьшения числа предприятий, снижения доходов населения. С другой стороны, по словам эксперта, кризисная ситуация затянулась в Дагестане настолько, что руководство республики перестало ставить перед собой амбициозные цели.

"Стратегия-2025 осталась лишь бумажкой"

Большая часть планов, намеченных в предыдущих стратегиях, так и останутся нереализованными. По мнению политолога Антона Чаблина, несмотря на то что ныне действующая стратегия развития Дагестана рассчитана до 2025 года, уже сейчас очевидно, что поставленные в ней цели достигнуты быть не могут.

"Так, регион не войдёт в топ-20 самых экономически развитых за счет создания индустриально-инновационных комплексов, – поясняет Кавказ.Реалии Чаблин. – Только недавно правительство Дагестана расписалось в неспособности создать первую в республике особую экономическую зону "Тебе". А других инновационных площадок просто нет. Стратегия предусматривала создание постиндустриального общества при сбалансированности устойчивого развития. Да, если локально в Махачкале и Дербенте и есть элементы постиндустриальной (сервисной) экономики, то значительная часть живёт ещё в доиндустриальную эпоху. О сбалансированности говорить при этом сложно, учитывая, что в республике более 200 аварийных школ, в которых невозможно учиться. Это маркер отсталости сельских территорий, которые просто катастрофически отстают от городских агломераций".

Некоторые обозначенные в Стратегии-2025 мегапроекты вообще не начали реализовывать. Это создание каспийского хаба и портовой особой экономической зоны, республиканской бизнес-школы и Дома народов, горнолыжного и прибрежного курортных кластеров, а также модернизация аэропорта, отмечает Чаблин.

По факту, Стратегия-2025 осталась лишь декларацией. Бумажкой

"По факту, Стратегия-2025, обещавшая снижение коррупции и рост благосостояния до среднеевропейского уровня, осталась лишь декларацией. Бумажкой", – подводит итог политолог.

В Стратегии-2025 нет никакой пользы, считает экономист, член Общественного совета при Минэкономики Дагестана Халил Халилов. К тому же, по его мнению, она в целом не выполняется.

"Прежде всего должен был появиться каспийский хаб, махачкалинский хаб, транспортный узел – морской, железнодорожный и авиа, – обращает внимание на несбывшийся проект Халилов. – Мы замечаем, что Актау, Баку, Астрахань развиваются, но не можем похвастаться, что Махачкала по объему судов превратилась в этот хаб. Хотя сама идея была хорошей".

Новую Стратегию изначально разрабатывала московская академия внешней торговли. Однако, как установила в декабре проверка Счетной палаты, из бюджета республики в 2019 году "Корпорации развития Дагестана", которая должна была заниматься поиском разработчика Стратегии, субсидии на её разработку выделили неправомерно. "Корпорация", в свою очередь, без проведения конкурса заключила договор, согласно которому работы нужно было выполнить в три этапа до 20 августа 2019 года. Тем не менее фактически были приняты работы только по двум этапам на сумму 17 млн руб. Иными словами, деньги были израсходованы, а запланированные результаты не достигнуты.

Методичность и структурирование этого подхода в разработке неподготовленные и непрофессиональные

"Эти разработки были настолько далеки от Дагестана, что эту стратегию не приняли, – объясняет Халилов. – По практике вещей такая стратегия должна быть в каждом регионе, но я не нахожу такого документа, где всё это было бы регламентировано. Её хотят представить в один день обществу, но непонятно, на чём её разработка основана. Анонсируется, что это абсолютно новая стратегия с абсолютно новым подходом, но мы ничего этого не знаем. Но методичность и структурирование этого подхода в разработке какие-то неподготовленные и непрофессиональные. Такое впечатление, что это игра слов".

По словам Халилова, одна из предыдущих стратегий, к примеру, разрабатывалась при бывшем главе республики Магомедсаламе Магомедове (2010–2013), но когда к власти пришёл Рамазан Абдулатипов (2013–2017), он просто "пнул её ногой и решил разработать собственные приоритетные проекты".

"Республика увлечена стратегиями, но вице-премьер Нюсрет Омаров – недостаточно компетентный человек, не имеющий достаточного опыта, – считает Халилов. – В Стратегии в первую очередь должно быть то, что отвечает требованиям народов Дагестана. В первую очередь это повышение благосостояния населения. А как это решить – уже тонкости экономических подходов".

Меньше бюджетных средств, больше инвестиций

В новый заход написания Стратегии амбиции Дагестана уменьшились. Если предыдущую разрабатывали аж до 2035 года, то нынешнюю – только до 2030-го. Сейчас один из её разработчиков Маир Пашаев регулярно информирует в своих социальных сетях о том, как продвигается проект. Так, по его словам, глава Дагестана Сергей Меликов ещё в марте прочитал все 34 страницы документа – "текст тяжелый для чтения, хотя интересный". Пашаев в частности отмечает, что на развитие Дербента за пять лет будет направлено 330 млрд руб. Большинство из них при этом – инвестиционные, и только 16% – средства федерального бюджета, а 2,5% – республиканского.

Согласно сообщениям пресс-службы Меликова, отдельное внимание в Стратегии будет уделено инфраструктуре Дербентского района.

Стратегия скорректирована под национальные задачи, под сроки исполнения национальных проектов

В середине апреля Дагестан посещал премьер-министр Михаил Мишустин. Отчитываясь ему о ходе разработки Стратегии, Меликов сообщил, что она скорректирована под национальные задачи, под сроки исполнения национальных проектов и предусматривает два периода развития.

"Первый, начальный период – для определения точек роста и для выравнивания экономического положения Дагестана – мы определили срок до 2024 года. Прежде всего это связано с возможностью бюджетного планирования на 2022, 2023, 2024 годы уже в этом году. А последующее развитие республики будет осуществляться до 2030 года", – отметил Меликов.

Также в докладе Мишустину он перечислил три главные проблемы республики, которые предстоит решить. Это земельно-имущественные отношения, ветхий топливо-энергетический комплекс, а также плохое водоснабжение и водоотведение.

Мы имеем неприятные, я бы даже сказал, позорные факты отравления граждан некачественной питьевой водой

"Основное – это схема водоснабжения и водоотведения, которую необходимо разработать в республике, и под неё же подвести композиты, которые будут давать воду, отводить воду, причём воду хорошую, свежую. Парадокс заключается в том, что Дагестан по наличию водных ресурсов на сегодняшний день, наверное, самый богатый регион на Северном Кавказе. И при этом, к сожалению, мы имеем неприятные, я бы даже сказал, позорные факты отравления граждан некачественной питьевой водой", – подчеркнул Меликов.

На сегодняшний день весь проект представляет собой научный доклад объемом 15 страниц, структуру Стратегии на четырёх страницах и концептуальное ядро проекта Стратегии объемом порядка 60 страниц. По словам Маира Пашаева, на 15 мая запланирована презентация Стратегии-2030 РФ, после чего можно будет обнародовать и дагестанскую версию.

"Необходимо подождать, привести наш проект с соответствие с федеральным документом, после провести, согласно требованию закона, экспертные и публичные обсуждения проекта, соответственно, это период 25 мая – 11 июня. В таком случае к 20 июня мы можем завершить первый проект и направить [его] в Минэкономразвития РФ", – объясняет процедуру Пашаев.

В сентябре-октябре проект должен быть завершён и направлен на согласование и утверждение в Народное собрание Дагестана.

Смотреть комментарии (3)

XS
SM
MD
LG