Ссылки для упрощенного доступа

"Это не выпад против ислама". Автор и героини фильма о домашнем насилии в Дагестане столкнулись с травлей


Иллюстративное фото

Телеканал "Дождь" выпустил первую часть проекта "Женщины сверху" – документальный фильм "Снявшие хиджаб", который рассказывает о судьбах трех девушек из Дагестана, сбежавших из религиозных семей. После выхода фильма его автор, журналистка телеканала Марфа Смирнова, начала получать угрозы в социальных сетях. Одной из героинь видео пришлось нанять охрану.

Фильм о побеге от домашнего насилия уже успели обсудить и раскритиковать в министерстве национальной политики Дагестана, а журналист Максим Шевченко назвал его "абсолютной ложью". В свою очередь Марфа Смирнова напоминает, что её фильм не о самой республике, а о том, как девушки сбежали из ортодоксального общества.

Корреспондент сайта Кавказ.Реалии поговорила с автором фильма, а также с кавказскими правозащитниками об угрозах и обвинениях в том, что лента "позорит Дагестан".

"Это не выпад против религии"

Марфа Смирнова, автор фильма "Снявшие хиджаб"

– На огромное количество сообщений в соцсетях, которые приходят мне от жителей Северного Кавказа, я отвечаю, что это не мой выпад против религии. Это не выпад против ислама, мусульман Дагестана.

Это фильм про то, как, прикрываясь религией, люди совершают преступления, насилуют женщин, мучают их. Это может быть не физическое насилие, а психологический абьюз. Фильм про то, как, прикрываясь некой своей интерпретацией ислама, а не тем, что прописано в Коране, они лишают их свободы выбора и вообще всякой свободы.

– Вы ожидали такой реакции на фильм?

– Честно говоря, нет. Фильм вышел 10 дней назад, и реакция не сразу последовала. Может быть, не все увидели.

Меня поражает, что с каждым днём это не забывается: реакция становится всё острее. Вчера приходили к моей героине Нине [с угрозами]. Мы стали думать, что делать. В итоге, мы [с помощью правозащитников] наняли ей охрану.

– Есть мнение, что фильм получился однобокий.

– Да, не получилось связаться с семьями героинь. Отец Саиды (одна из героинь фильма. – Прим. ред.) попросту отказался от нее. Нина находится в конфликте с родственниками бывшего мужа, потому что он после выхода фильма угрожал ей, она написала на него заявление в полицию и до сих пор с ним судится из-за алиментов на детей.

Мне пишут: "Почему вы не сняли счастливые дагестанские семьи?" Я же не утверждаю, что нет семей, где женщины носят хиджаб, живут счастливой жизнью, где их не угнетают, где муж исполняет послание пророка Мухаммеда с уважением относиться к женщине. Я ни в коем случае не утверждаю, что такого в Дагестане нет.

Но это не фильм про дагестанских женщин. И этот фильм не про Дагестан, не про дагестанских мусульман. Это фильм про трёх женщин, которые сбежали из ортодоксального общества. Это их история.

Не надо думать, что я как журналист считаю, что такое положение есть во всём Дагестане. Это неправда, можно прочитать мой текст, там нет такого утверждения.

Изначально всё-таки было много негативной реакции. В основном писали женщины. От них не было хамских высказываний. Но мужчины, к сожалению, допускали довольно много грубых слов. А сегодня неожиданно мне стало приходить очень много сообщений с благодарностью. Пишут мусульмане. Они так и начинают: "Я мусульманин, посмотрел ваш фильм. Хочу сказать спасибо героиням и вам за вашу смелость".

Нине девушки из Дагестана пишут, что она стала для них путеводной звездой. Так что я не буду утверждать, что мы получаем сплошные угрозы и оскорбления. Нет, люди поддерживают и благодарят.

"Попытка спрятать мусор под ковёр"

Марьям Алиева, автор книги "Не молчи. Дневники горянки"

– Мне показалось странным то, как в фильме преподнесли Махачкалу: такую закрытую, унылую, серую. Показали мечеть, девочек в платках, как будто девочки без платков у нас чуть ли не живут, а выживают.

Авторы фильма показали какую-то крайность. Наравне с девушками, которые сняли хиджаб и убегали для этого из дома, есть девушки, желающие носить хиджаб, и они тоже убегали для этого из дома, потому что им запрещали. Мне, например, отец запрещал носить хиджаб. Он говорил: "Вот есть национальная одежда, платки носи". Это было сложно и тяжело. У нас из-за этого часто были конфликты.

Наряду с семьями, где детей гнобят, у нас есть и очень современные семьи. Наши девочки сегодня часто выезжают за границу учиться, их спокойно отпускают в центральные регионы страны. А в фильме это показали однобоко.

Авторы не подумали о безопасности героинь: показали, где они работают. Этим людям было абсолютно наплевать на них, они приехали сделать какой-то материал, и всё. О том, как эти девочки после фильма будут дальше жить, об этом они не подумали.

Марьям Алиева
Марьям Алиева

Я не представляю, что вылилось на героиню фильма Нину. Даже я сама почувствовала прессинг, когда рассказала у себя в инстаграме про ее историю. После этого муж Нины мне месяц писал с разных страниц, обзывал меня, угрожал, пытался меня найти, скидывал свой номер, через каких-то знакомых выпрашивал мой телефон.

Это было просто ужасно. А что было с ней, я даже представить не могу.

Когда говорят "у нас такого нет", это выглядит как попытка спрятать мусор под ковёр. Но и сказать, что "у нас все хорошо, всех уважают и любят" – это другая крайность.

"Тактика запугивания"

Саида Сиражудинова, президент Центра исследования глобальных вопросов современности и региональных проблем "Кавказ. Мир. Развитие"

– Если обсуждать название фильма, то я бы так вопрос не ставила. Потому что снять хиджаб – не значит разорвать связь с этим обществом. Мы знаем по нашим городам, далеко не все женщины носят хиджаб.

В фильме были формулировки, которые говорят о том, что журналист немного перегибает проблему и в то же время не понимает среду, о которой идёт речь. Это сторонний человек, который акцентировал внимание на роли религии. Хотя религия там ни при чём. У нас не настолько религиозное общество, чтобы заставлять всех женщин надеть хиджаб, как в других государствах. Это личное дело каждого конкретного человека, и этим девушкам решать, носить им хиджаб или нет.

Можно говорить о жертвах домашнего насилия, о том, что религиозные структуры потакают этому насилию и не защищают женщин от него. Потому что легче отказаться, чем признать и решать. А признать есть что: многие женщины в той или иной степени сталкиваются с насилием, хотя не всегда признаются в этом, таков уж менталитет народа. Поэтому судить о масштабе насилия мы не можем.

Если резюмировать, то фильм, конечно, нужен. Он показывает судьбы женщин, которые столкнулись с концентрированным насилием буквально с рождения.

Общество должно поддерживать таких женщин, но на деле получается, что у наших мужчин, которые говорят об их защите, нет реальной силы, возможности и желания защищать. Вместо того они выбирают тактику запугивания.

На самом деле этих женщин мог бы защитить ислам. Ведь в религии прописаны обязанности общества. Но где у ислама есть санкции? Они есть у государства. Поэтому исламские религиозные деятели и общество, которое считает себя мусульманским, и закон должны встать на защиту женщин. И признать, что это не ошибки ислама, а проблема его реализации.

Смотреть комментарии (5)

XS
SM
MD
LG