Ссылки для упрощенного доступа

Следствие без доказательств


В офисе правозащитного центра "Мемориал" в Москве прошла пресс-конференция адвокатов фигурантов "ингушского дела". Они рассказали, как расследуется дело о столкновении с силовиками в Ингушетии.

Член Совета "Мемориал" Олег Орлов в начале пресс-конференции провёл небольшой экскурс в историю протестов против изменения закона о референдуме. По мнению Орлова, можно расценивать как провокацию со стороны властей их попытку сделать необязательным референдум по вопросам изменения территории или границ республики.

"Естественно, на фоне споров о границах республики такие намерения властей не могли не вызвать протест. Такие намерения сами по себе уже были провокацией", – сказал Орлов.

"Мирный протест не устраивал власти"

По его мнению, на митинге в марте 2019 года власти применили силу, несмотря на то, что митингующие не подавали для этого поводов: ранее осенью 2018 года протестующие совершили ни одного правонарушения и никто не был задержан.

"Видимо, развитие событий таким образом - в то время, как в других регионах России мы видим, как поступают с митингующими, именно пример Ингушетии, где общество показывало, что можно мирно выражать свой протест, - не устраивало и республиканские, и федеральные власти, поэтому была совершена провокация. А дальше начались репрессии. Были арестованы и лидеры протеста, и много участников", – рассказал Орлов.

Затем высказались адвокаты фигурантов дела по ст. 318 УК о применении насилия, опасного для жизни или здоровья в отношении представителя власти.

"Следствие не предоставляет ни одного документа"

Адвокат председателя Совета тейпов ингушского народа Мальсага Ужахова, Джабраил Куриев, рассказал, что после задержания его подзащитного в апреле 2019 года следствие искусственно изменило подсудность рассмотрения меры пресечения, составив протокол задержания в Нальчике.

"В ходе предварительного следствия защита сталкивается с абсолютно необоснованными решениями со стороны следствия и суда. На ходатайства следствие не отвечает месяц-два. Мы сталкиваемся со многими нарушениями даже в том плане, что нам следствие не предоставляет ни одного документа, кроме постановления о привлечении в качестве обвиняемого", – рассказал Куриев.

Адвокат лидеров ингушской оппозиции Ахмеда Барахоева, Мусы Мальсагова, Бараха Чемурзиева и Мальсага Ужахова Алексей Мирошниченко заявил, что следственные органы не соблюдают даже видимости соблюдения норм уголовно-процессуального кодекса. По его словам, всем обвиняемым по ст. 318 УК предъявлено "одно обвинение во множественном числе", несмотря на то, что для каждого оно должно быть индивидуальным.

"Отношение к населению республики, как к туземному​"

Он рассказал, что основанием для изменения подсудности дела и направления его в Железноводский суд Ставропольского края послужила информация ФСБ о том, что фигуранты дела "имеют обширные тейповые связи" в судебной системе республики.

"Мало того, что такая неконкретная информация не может быть источником доказательств, это решение представляет недопустимое отношение к населению республики, как к туземному населению, судебные органы которого якобы не могут отправлять правосудие по таким делам на вверенной территории", – сказал Мирошниченко.

По словам адвоката Магомеда Оздоева, Хусейна Гулиева, восемьдесят процентов всех, кто сейчас содержится под стражей, абсолютно не обоснованно обвиняются в применении насилия, опасного для жизни и здоровья сотрудников, потому что никаких тяжких последствий нет.

"Это изначально делалось для того, чтобы протащить через судебные органы вопрос об избрании меры пресечения. В нашем случае мера пресечения - это форма давления на людей", – считает Гулиев.

"Потому что она женщина"

Адвокат члена Ингушского комитета национального единства Зарифы Саутиевой, Билан Дзугаев, рассказал, что следствие обернуло против неё тот факт, что она женщина.

"Самим фактом своего нахождения, как женщина на митинге, обязывая мужское население любым способом обеспечить свою безопасность… Тем, что она женщина, она подогревала толпу, взывая к чувству национального единства. Не ожидали мы все это встретить в таком серьезном документе, как постановление о привлечении в качестве обвиняемого", – сказал адвокат.

Он рассказал, что Саутиева на митинге вела трансляцию. Была проведена лингвистическая экспертиза слов, сказанных в эфире. По словам адвоката, в экспертизе был ложный перевод некоторых её слов.

"Когда упали металлические заграждения, которые стояли между полицией и протестующими, она сказала 'выровните загрождения' по-ингушски. В экспертизе перевели это как 'скажите ребятам, чтобы выравнивались и отходили назад'. Я владею ингушским и понимаю, что она говорит и эксперт, если бы он владел языком, он бы понял. Мы требовали заново провести экспертизу, нам отказали", – рассказал он.

Адвокат члена Ингушского комитета национального единства Бараха Чемурзиева, Магомед Абубакаров, рассказал, что его подзащитный – организатор митинга (26,27,28 марта), но не организатор насилия, которое ему вменяют. По его словам, у следствия до сих пор нет ни одного доказательства в подтверждение предъявленному обвинению.

"Это исключительно политический процесс и в этом сомнений нет. У нас есть свидетельские показания о том, что среди собравшихся были сотрудники полиции в гражданской одежде, есть материалы, доказывающие это. Это была провокация", – сказал адвокат.

Смотреть комментарии (2)

XS
SM
MD
LG