Ссылки для упрощенного доступа

Пытка "стаканом"


Иллюстративное фото

Европейский суд по правам человека признал пыточными условия перевозки осужденных и подследственных в России. На этой неделе суд в Страсбурге присудил суммарно 20 тысяч евро шести заявителям по делу "Алексей Томов и другие против России", которые пожаловались на бесчеловечное и унижающее достоинство обращение во время перевозки под стражей.

Статья подготовлена по материалам программы "Человек имеет право".

В словаре европейских судей появилось новое слово русского происхождения – "стакан", и к посуде он не имеет отношения. "Стаканом" называют глухую одиночную камеру площадью не более половины квадратного метра в полицейском автозаке. По решению ЕСПЧ, перевозить заключенных в таких условиях равносильно пыткам.

Как правило, "стаканы" используют для перевозок женщин, несовершеннолетних и бывших сотрудников правоохранительных органов – чтобы отделить их от основной массы заключенных. По разным "стаканам" могут рассадить участников одного уголовного дела, которых вместе везут в автозаке. В такой камере конвоируемые могут провести несколько часов.

– По сути, это такой металлический шкафчик: две стенки, третья стенка – корпус автомобиля, и открывающаяся дверь, – так описывает "стакан" бывший заключенный Пётр Хромов. – Они совершенно разные по размеру, но в основном не превышают 50 на 80 сантиметров. К одной стене приварена лавочка. Сесть там можно с прямой спиной, перед тобой закрывается дверь, которая имеет либо одно отверстие, либо много маленьких – для переговоров и поступления воздуха.

"Стакан" в полицейском автозаке
"Стакан" в полицейском автозаке

Условия в самом автозаке, по словам бывших заключенных, не лучше: в них размещают от 15 до 25 человек, а поездка в таком полицейском транспорте грозит травмами.

– Там нет поручней, чтобы держаться, нет ремней безопасности, – рассказывает Пётр Хромов. – Ты сидишь на лавочке, тебя раскачивает из стороны в сторону. Бывали случаи, когда машина поворачивает, ты резко ударяешься головой. Если это зима, в автозаке холодно. Летом же наоборот. Никогда не забуду свою первую поездку: было 30 градусов, и эта достаточно маленькая "Газель" просто была накалена.

К пыткам ЕСПЧ приравнял перевозку не только в полицейских автозаках, но и в вагонзаках – специальных вагонах, в которых возят подследственных и осужденных. Страсбургские судьи обратили внимание на откидные полки в камерах в таких вагонах, которые не позволяют заключенным стоять, в том числе и во время длительного этапирования. В современном вагонзаке, который на самом деле не сильно изменился с 1930-х годов, на одного человека приходится 0,3 квадратного метра в большой камере и 0,4 – в малой. Сюда же должны поместиться личные вещи: максимум две сумки на одного заключенного общим весом не более 50 кг. Ни окна, ни светильника, ни столика для приема пищи в камерах вагонзака нет. Поспать тоже не удается – каждые два часа на посту меняются конвойные, которые обязаны провести тщательный осмотр камеры.

– Это обычный плацкартный вагон, в котором убраны все боковые сидения, – поясняет бывший заключенный по "Болотному делу" Александр Марголин. – Сами купе закрыты решеткой. На втором уровне сделана специальная горизонтальная дверка, которая закрывается и получается дополнительное спальное место (не два, а формально три). Загоняют туда людей в большом количестве. Когда я ехал, там было человек 15. Вентиляция дополнительная там не предусмотрена, а бытовые условия – ну, как с конвоем повезет.

Как перевозят заключенных
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:04:43 0:00

По стандартам обращения с заключенными ООН, признанным российским Конституционным судом, перевозка осужденных в условиях недостаточной вентиляции, освещения или других тяжелых условиях запрещена. Каждому заключенному положена отдельная койка со спальными принадлежностями.

На проблему перевозки заключенных в России ЕСПЧ обратил внимание ещё семь лет назад. В суде накопилось уже более 40 жалоб по этому поводу. По словам правозащитников, ФСИН нарушает статью Европейской конвенции "О запрете пыток и бесчеловечном обращении" (статья 3) как минимум 220 тысяч раз в год.

Сейчас Европейский суд рассматривал дело, в котором были объединены шесть жалоб заявителей – Алексея Томова, Юлии Пунеговой, Натальи Костроминой, Дмитрия Васильева, Николая Рошки и Никиты Баринова. Им присудили компенсацию от 1,5 до 5 тысяч евро. Пять жалоб подал юрист "Общественного вердикта" Эрнест Мезак:

Эрнест Мезак
Эрнест Мезак

– Сумма компенсаций, конечно, разочаровывает. Больше всех "повезло" госпоже Костроминой. Она пережила самое ужасное, что есть в наших перевозках. В общей сложности она провела около восьми часов в пресловутых "стаканах". И не одна, а еще и с сокамерницей. У нас на руках есть признание начальника Управления ФСИН России по Ярославской области, который сказал: "Да, возили мы их двоих – и нормально, ничего страшного в этом не видим". Но суд не разделил такого оптимизма. И за 8 часов, проведенных в таких условиях, она получила 5 тысяч евро. При этом госпожа Костромина страдает диабетом, на что мы указали в жалобе. В остальных случаях сумма компенсации составила 3,5 тысячи евро. Еще 1,5 тысячи получила женщина, которую возили в "стаканах" в суд. У меня есть относительно большой объем данных, благодаря которому я пришел к выводу, что каждый год около 200 тысяч раз при перевозке заключенных нарушается статья 3 Конвенции. То есть один человек мог за год стать жертвой и один, и два, может быть, даже 10 раз.

"Стакан" для заключенных в автозаке
"Стакан" для заключенных в автозаке

Чем представители ФСИН объясняют необходимость возить людей именно так – в "стаканах", на 0,4 квадратных метра площади?

– Я с большими начальниками ФСИН не общался, но у меня была достаточно обширная практика, и я общался с людьми из Управления по конвоированию УФСИН России по Республике Коми. По-моему, они в какой-то мере даже сочувствовали моей активности, потому что часто нам говорили: "Если нам завтра прикажут возить в вагонзаке не 75–80 человек, как было еще год назад, а 30–35, мы вздохнем спокойно, потому что нам тоже не нравится, когда вагонзак забит под завязку. Это огромный стресс и для конвоя". Но даже при 30–40 будет нарушаться 3 статья Конвенции в силу требования о раздельном содержании заключенных. Трижды заключенные пытались обжаловать существующие сталинские нормативы. Единственное, на что пошел Верховный суд: в 2012 году признал, что больше 12 человек в большую камеру вагонзака – 4-местное купе – все-таки лучше не сажать. А инструкция до 2012 года разрешала размещать там 16 человек. Вагонзаки называют столыпинскими, а я всегда говорю: "Это не столыпинские, а сталинские вагоны, потому что при Сталине их в таком виде придумали".

Вагон для заключенных
Вагон для заключенных

Постановление ЕСПЧ, в котором условия перевозки заключенных в России признаны пыточными, стало пилотным. Так называют решения Страсбурга, когда суд выявляет системную проблему в потоке однотипных жалоб из страны. После вступления в силу пилотного постановления российским властям отводится 18 месяцев на решение трех задач, поясняет Эрнест Мезак:

– Первая задача – это прекратить отправлять заключенных на большие расстояния от того места, где они осуждены или проживают. Например, какой был смысл отправлять моего доверителя Алексея Томова из Коми в Мурманскую область – непонятно. Вторая задача – пересмотреть нормативную базу. Суд призвал отказаться от использования камер типа "стакан", была претензия к нормативам наполнения вагонзаков. Я с удивлением узнал, что, оказывается, в 2018 году норматив уже был уменьшен. Было: 12 человек – в большую камеру, 5 человек – в малую. В постановлении указано, что в феврале 2018 года власти пошли на небольшую уступку заключенным и уменьшили количество человек в большой камере до 10, а в малой – до 4. Но даже этого, конечно, недостаточно. Должны также пересмотреть и режимные требования. В вагонзаке каждые два часа проводится осмотр камер, что фактически лишает заключенных сна. Суд потребовал все-таки обеспечить более комфортные условия при перевозке заключенных в ночное время. Сейчас им не выдают ни постельных принадлежностей, ни одеял. Суд потребовал решить проблему с обеспечением посещения туалетов, приема пищи.

А с этим тоже есть проблемы?

– В туалет вроде должны выводить по требованию. Но даже если в вагонзаке едут 30–40 человек, у них возникает проблема с выводом в туалет, потому что конвой не успевает. Я приведу в пример случай с конвоированием 30 представителей Greenpeace из Мурманска в Санкт-Петербург. Эти люди были не очень осведомлены в сфере перевозок, особенно на большие расстояния. И 30 человек, хорошо поев, поехали в одном вагонзаке. Кстати, это нарушение инструкции, потому что их должны были рассадить по разным камерам, ведь они все считались подельниками. Но решили "забить" на инструкцию. Выделили им комфортный вагонзак 2004 года выпуска. Но так как они плотно поели, там чуть до бунта не дошло из-за вывода в туалет, потому что конвой не справлялся, хотя в вагонзаке было всего 30 человек, при наполняемости – 75.

Какая третья задача, которую в Страсбурге поставили перед Россией?

– Третье требование – разработать внутренние средства правовой защиты, чтобы люди, которые стали жертвами бесчеловечной перевозки в России, могли решить эту проблему и получить компенсацию в российских судах, а не в Страсбурге, – заключает Эрнест Мезак.

Российские власти могут обжаловать решение Европейского суда по правам человека и попросить передать дело в Большую палату. Если это произойдет, то, по оценкам Эрнста Мезака, постановление ЕСПЧ может вступить в силу только через 5–6 месяцев.

Россия заработала уже четыре пилотных постановления Страсбургского суда. Два из них касаются волокиты при исполнении судебных решений и при предоставлении гражданам жилья и госуслуг. А еще два напрямую связаны с 3-й статей Европейской конвенции по правам человека, которая запрещает пытки и бесчеловечное обращение.

Марьяна Торочешникова,

Анастасия Тищенко,

Наталья Джанполадова,

Радио Свобода

Смотреть комментарии (3)

XS
SM
MD
LG