Авария с участием кортежа Адама Кадырова стала одним из самых обсуждаемых происшествий за последнее время. Инцидент поднял вопросы о безопасности движения, привилегиях властной элиты и реакции официальных структур, предпочитающих замалчивать подобные ситуации. Сайт Кавказ.Реалии рассказывает об этом ДТП и о том, как в Чечне передвигаются кортежи кадыровцев.
По данным источников, авария произошла в Грозном 16 января 2025 года: пострадали несколько человек, один погиб. ДТП связывают с кортежем сына главы Чечни Адама Кадырова, который двигался с высокой скоростью. Сведения о том, кто находился за рулем головной машины, расходятся: упоминались как сам Кадыров-младший, так и начальник его охраны Апти Ирасханов – племянник министра внутренних дел Чечни.
В неофициальных сообщениях также высказывалась версия, что ответственность за аварию могли возложить на сотрудника ДПС, якобы отвечавшего за перекрытие движения для кортежа.
Приоритет смещается от реальных задач к демонстрации власти, статуса и иерархии
Комментируя эту версию, юрист Дмитрий Захватов поясняет, что с точки зрения закона ответственность за ДТП несет лицо, управлявшее автомобилем. При этом, по оценке собеседника, в Чечне нормы права в подобных делах часто не применяются, из-за чего обсуждение распределения ответственности теряет смысл. Сотрудник ДПС, подчеркнул Захватов, не может быть признан виновным в аварии лишь на том основании, что он сопровождал кортеж (даже если это действительно было так).
Власти Чечни не публиковали официальных сообщений ни о самом происшествии и состоянии сына главы республики, ни о его правовой регистрации, проверке или возможной ответственности участников. Вместо этого провластные СМИ, в том числе "Чечня сегодня" и ЧГТРК "Грозный", распространили видео с участием Адама Кадырова, в котором говорилось о его рабочем совещании с командирами силовых ведомств. Согласно метаданным файла, запись была сделана за день до происшествия – 15 января.
Такая практика отражает отношение власти к обществу как к объекту управления, а не субъекту политики, считает руководитель информационного отдела базирующегося в Европе чеченского движения "Единая сила" Сайхан Музаев. По его словам, отказ от публичных объяснений в чувствительных ситуациях показывает, что власти не считают необходимым учитывать общественное мнение или обеспечивать подотчетность, если это противоречит их политическим интересам и логике сохранения контроля.
Замалчивание чувствительных инцидентов, считает Музаев, характерно не только для Чечни, но и для российской политической системы в целом.
Отсутствие официальных комментариев о произошедшем, отмечает социолог Дмитрий Дубровский, укладывается в логику персоналистской власти. В авторитарных режимах информация о здоровье лидеров и их возможных наследников становится чувствительным политическим ресурсом.
В данном случае речь идет о сыне, которого рассматривают как часть будущей конфигурации власти, поэтому любые сведения о его состоянии в Грозном стремятся максимально контролировать, поясняет собеседник.
По оценке Дубровского, адресатом такого замалчивания является прежде всего не внешняя аудитория, а внутренний круг – собственное окружение Рамзана Кадырова и чеченское общество: "Подобные режимы боятся своих гораздо больше, чем кого бы то ни было извне".
СМИ и правозащитники ранее неоднократно сообщали о ДТП с погибшими по вине родственников Рамзана Кадырова, членов семьи его дочери и представителей силового окружения руководителя республики. Осенью 2022 года неофициальные источники писали о серьезной аварии с участием Адама Кадырова, которому тогда было 14 лет. По сведениям активистов, тогда в ДТП погибли два человека, а попытка подростка покинуть место происшествия на автомобиле охраны закончилась еще одним смертельным наездом.
В последующие годы имя Адама Кадырова регулярно появлялось в публикациях в связи с управлением автомобилями до достижения совершеннолетия. В феврале 2023 года в соцсетях распространилось видео, на котором сын главы Чечни и его брат Эли (он же Али и Зелимхан) управляли автомобилями в Дубае, где водительские права выдают с 18 лет.
Кортежи детей Кадырова ведут себя крайне жестко
В 2024 году на тот момент 17-летний Адам Кадыров вновь оказался за рулем – на собственной свадьбе. В 2025 году Кадыров-младший, все еще не достигший совершеннолетия, продолжал появляться в качестве водителя. В мае СМИ описывали эпизод, в котором смоленский депутат рассказывал, как догонял автомобиль, которым управлял Адам Кадыров, и общался с ним. Месяцем позже сообщалось, что сын главы Чечни был замечен за рулем редкой модели Mercedes, поставки которой в Россию запрещены.
Несмотря на общественный резонанс отдельных эпизодов, в официальных источниках не появлялось информации о возбуждении уголовных дел, судебных разбирательствах или назначении наказаний.
При этом глава республики неоднократно выступал с жесткой публичной риторикой о необходимости наведения "порядка на дорогах". Он призывал к ужесточению наказаний за нарушения правил дорожного движения, в том числе допускал продажу автомобилей водителей, сознательно нарушающих ПДД, и заявлял, что такие нарушители представляют угрозу для общества, сопоставимую с террористами.
Кроме того, Кадыров настаивал на особом контроле за расследованием ДТП с погибшими и персональной ответственности должностных лиц – вплоть до увольнения, – а также допускал возможность направления нарушителей закона, включая нарушителей ПДД, в зону боевых действий в Украине.
Несмотря на громкие заявления главы республики, дорожная практика в Чечне, по словам местных жителей, с которыми поговорил сайт Кавказ.Реалии, заметно отличается от обещаний "порядка" и наказания нарушителей. Передвижение представителей власти и их родственников, как правило, сопровождается кортежами и перекрытием дорог, что напрямую сказывается на безопасности других участников движения.
По словам бывшего чиновника, знакомого с практикой передвижения кортежей в республике, автомобили, связанные с окружением главы Чечни, водители воспринимают как источник повышенной опасности. Любого контакта с такими колоннами они стараются избегать.
"Обычные водители в ужасе от них: никто не хочет связываться даже близко, все просто стоят и ждут", – говорит собеседник.
При появлении кортежа другие водители, как правило, съезжают вправо и останавливаются до полного проезда колонны. Сопровождение обычно включает две–три полицейские машины, которые "зачищают" дорогу, а после основной колонны следуют замыкающие автомобили. Любая попытка продолжать движение рядом с кортежем воспринимается как риск.
Внезапные перекрытия дорог стали обычным явлением, рассказывает в редакции житель Грозного. По его словам, полиция может в любой момент остановить движение – в том числе на зеленый сигнал светофора, – если по городу движется кортеж, связанный с окружением главы республики.
"Когда едет кортеж, движение останавливают – за этим следит ДПС. Их задача – в нужный момент перекрыть дорогу", – поясняет собеседник. В результате водителям нередко приходится ждать по 10-20 минут, а иногда и дольше.
Люди просто не хотят с ними связываться, сделать тут ничего нельзя
"Со стороны это выглядит как внезапная пробка без причин. Люди опаздывают на работу или домой и стоят в километровых заторах", – продолжает житель Грозного. По его словам, реакция людей на такие ситуации почти всегда негативная: "Эта тема давно стала болезненной для Чечни. Ты можешь не успеть перестроиться и даже не сразу понять, что происходит. Кортежи вообще не останавливаются, их скорость в разы превышает разрешенную".
Описываемую практику подтверждает и житель Аргуна. По его словам, при передвижении кортежей перекрывают не только основные, но и параллельные дороги, а ожидание может затягиваться.
"Бывало, что приходилось сидеть в машине больше 40 минут. И часто бывает, что в итоге по этой дороге так никто и не проезжает", – рассказывает он.
Формально происходящее власти объясняют мерами безопасности; водители воспринимают ситуацию как неизбежность.
"Люди просто не хотят с ними связываться, сделать тут ничего нельзя", – говорит собеседник. По его словам, агрессивное поведение кортежей также не редкость: "Кортежи детей Кадырова ведут себя крайне жестко – бывали случаи, когда они буквально сталкивали другие машины с пути".
Житель Аргуна добавляет, что многие водители ориентируются по регистрационным номерам, понимая, чей именно это кортеж: "В Чечне по номерам знают, какой из чиновников едет. К примеру, у Адама Кадырова номера на 013, у Адама Делимханова – 007. Просто перекрывают дороги, и ты должен сидеть в машине и не высовываться".
Все источники редакции Кавказ.Реалии сходятся в том, что подобная практика делает дорожную ситуацию потенциально рискованной. Водители опасаются не только аварий, но и возможных последствий: по их словам, если в результате инцидента пострадает человек из кортежа, проблемы могут возникнуть не только у самого водителя, но и у его родственников.
Комментируя практику передвижения кортежей и перекрытия дорог в республике, Сайхан Музаев из движения "Единая сила" отмечает, что такие меры далеко не всегда связаны с обеспечением безопасности.
"Приоритет все чаще смещается от реальных задач к символической демонстрации власти, статуса и иерархии", – считает он.
Практику агрессивного поведения кортежей в Чечне социолог Дмитрий Дубровский тоже связывает не столько с вопросами безопасности, сколько со статусом и положением во властной иерархии: в российской политической системе право на сопровождение, перекрытие дорог и движение вне общих правил традиционно принадлежит узкому кругу высокопоставленных чиновников и силовиков и служит маркером их привилегированности.
Для таких фигур, считает Дубровский, кортеж – не демонстрация силы в прямом смысле, а элемент привычного статусного поведения. Это не жест и не показательная акция, а часть нормы жизни для тех, кто находится на вершине системы и освобожден от общих правил.
В Чечне, по оценке социолога, эта логика доведена до предела: особое положение распространяется не только на главу региона, но и на его ближайшее окружение – родственников и приближенных. Ограничения, действующие для остальных участников движения, в таких случаях фактически перестают работать и воспринимаются как необязательные.
- В инстаграме сына главы Чечни Адама Кадырова появилось видео, на котором он и его охрана танцуют лезгинку и стреляют в воздух из разного вида оружия. Стрельба в воздух запрещена в России – жителей Северного Кавказа и всей страны в целом за это привлекают к ответственности, иногда вынуждая извиняться на камеру.
- В чеченском движении NIYSO заявили о гибели жителя республики в дорожной аварии в Ачхой-Мартановском районе по вине сотрудника государственных органов, предположительно, военного – сам он тоже погиб. Власти Чечни сведения активистов не комментируют.