Ссылки для упрощенного доступа

"Люди все равно выйдут на улицы". Преследования активистов накануне 9 сентября


Митинг "Он нам не царь" в Екатеринбурге

Штаб Навального в Екатеринбурге в пятницу отозвал заявку на проведение 9 сентября митинга против пенсионной реформы. В штабе говорят о том, что уведомителя митинга Якова Лысенко запугали сотрудники ФСБ.

В четверг студента второго курса Уральского государственного медицинского университета Якова Лысенко почти три часа допрашивали силовики, – рассказал Радио Свобода координатор регионального штаба Юрий Кузьминых. Они оказывали психологическое давление на активиста, не давали ему выйти из помещения. Якову угрожали различными проблемами, прошлись по всем болевым точкам. Нарисовали неопределенные, но пугающие перспективы. Яков отозвал уведомление о митинге. Мы с ним вчера созвонились. Яков сказал, что сотрудники ФСБ советовали ему "залечь на дно", не выходить больше с нами на связь. Он рассказал, что они продолжают ему звонить. Он сейчас очень сильно переживает, что нас подвел. Я понимаю ситуацию и не виню Якова. Так ему и сказал: "Не знаю, как я сам повел бы себя в такой ситуации". Мы митинг проведем все равно. Уведомление о митинге нельзя отозвать с юридической точки зрения. Наше мероприятие мы считаем законным и согласованным в соответствии с федеральным законом “О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях”. Мы очень дорожим трудом замечательных волонтеров штаба, без которых у нас ничего бы не получилось. Поэтому мы никак не можем отказаться от митинга".

Митинг "Он нам не царь" в Челябинске
Митинг "Он нам не царь" в Челябинске

Яков Лысенко в разговоре с Радио Свобода подтвердил, что некие люди в гражданском вынудили его отозвать заявку на проведение митинга против пенсионной реформы.

Я сам вызвался стать уведомителем. Мне было интересно понять эту процедуру с юридической точки зрения, поэтому я проявил глупое политическое рвение. Я не то чтобы активист Навального. Я вступил в Либертарианскую партию. Просто Юрий Кузьминых в нашем регионе глава и штаба Навального, и отделения Либертарианской партии.

– Вы не знали, что сторонники Навального в поле зрения ФСБ?

Мне хотелось помочь штабу, и я не думал, что придется иметь дело с ФСБ. В штабе мне сказали, что я как уведомитель митинга рискую получить лишь административную судимость и штраф. В деканате вуза меня предупредили, что университет по уставу не может участвовать в политической активности. Потребовали, чтобы я не связывал вуз и политику. Вчера в университете сказали, что со мной хотят поговорить люди из деканата. На самом деле меня в аудитории ждали три человека в штатском, которых я впервые увидел. Если бы я знал, что это ФСБ, я бы с ними не стал общаться.

– Ваш вуз не рассказал свою версию произошедшего. Почему вы общались с сотрудниками ФСБ в аудитории университета?

Ректор вуза член "Единой России", может быть, поэтому. Но я могу только предполагать.

– Что вам сказали люди в штатском? Они вам угрожали?

Нельзя сказать, что угрожали… Сотрудники ФСБ хорошие психологи. Они знают, как убедить. Они сказали, что я понесу уголовную ответственность, если на митинге произойдут правонарушения. А с уголовной судимостью я не смогу продолжить учебу в университете. Я упирался два с половиной часа. Я не сразу сдался. Но я очень хочу учиться на врача. Я поступил со скрипом на бюджетное отделение в медицинский вуз, на факультет “лечебное дело”. Я изо всех сил занимался, получал хорошие оценки. И я не готов остаться без образования из-за политики.

Протест "Он нам не царь" в Челябинске
Протест "Он нам не царь" в Челябинске

- Вы испугались?

Мне было очень не по себе. Сам факт, что такими делами занимается ФСБ, меня напугал. Я слышал, что к активистам приходят участковые, полиция, но не ФСБ. Мне было интересно заниматься политикой, но давление системы велико. Я подумал и выбрал свои интересы. И еще я хотел, чтобы они от меня побыстрее отстали, поэтому отозвал уведомление.

– Жалеете об этом?

Мне жаль, что я подставил штаб Навального. И я жалею, что решил подать уведомление о митинге. Я не предполагал, чем это закончится. Штаб Навального либо не знал, что за меня возьмется ФСБ, либо промолчал. Люди все равно выйдут на улицы 9 сентября. И меньше их из-за того, что я отозвал уведомление, не станет. Но я опасаюсь, что сейчас из-за меня на митинге будет много прав у полицейских. Они будут задерживать участников и, возможно, избивать их.

– Штаб Навального предъявляет вам претензии?

Никто из штаба меня не упрекает. Сторонники Навального планируют провести митинг. Сотрудники ФСБ продолжают мне звонить. Спрашивают о моих разговорах с координатором штаба Навального в Екатеринбурге. Не знаю, как прекратить с ними общение и забыть политику как страшный сон. Еще я боюсь, что после этой ситуации я попаду в какой-нибудь черный список оппозиционеров и не смогу работать в государственной системе здравоохранения. Я сейчас думаю об эмиграции после окончания учебы.

После общения с ФСБ задумались об отъезде из России?

– В нашем здравоохранении много проблем. Недавно мы проходили практику в операционном блоке. Я видел, как отличается наш уровень медицины от западного. Медсестры сидят и скатывают руками ватные шарики. На все вопросы один ответ – у нас нет финансирования и возможностей. Наверное, я как хороший врач смогу принести пользу обществу. Хочу порвать отношения и с ФСБ, и со штабом Навального. Я понял, как тяжело идти против системы, и обидно, что система все-таки побеждает.

Перед митингом 9 сентября на оппозиционеров оказывают давление по всей России. В разных городах задерживают и арестовывают координаторов и волонтеров штабов Навального. В школах и вузах предупреждают об ответственности за участие в несанкционированных митингах.

Маме 17-летнего волонтера штаба Навального в Челябинске Михаила Урванцева недавно позвонили из школы, где он раньше учился, и сказали, что сына ищет прокуратура.

Михаил Урванцев, активист штаба Навального в Челябинске
Михаил Урванцев, активист штаба Навального в Челябинске

– Я связываю это с акцией 9 сентября, – рассказал Михаил Радио Свобода. – Прокуратура сейчас выдает активистам предостережения о недопустимости участия в несанкционированном митинге. В школе сотрудникам прокуратуры сказали, что я у них, к счастью, больше не учусь. С прокуратурой я связываться сам не собираюсь. Я предупредил классную руководительницу школы №15, где учусь сейчас, что меня ищет прокуратура. Учитель перепугалась. Вчера в школу вызывали в 8 утра моих родителей на беседу с директором. Она сказала, что несовершеннолетним нельзя ходить на митинги. Директор попросила маму и папу подписать бумажку, что они в курсе этого.

– Родители что думают о вашей гражданской позиции?

– Родители не понимали, зачем их вызывали к директору в такую рань. Они сначала тихо сидели и кивали. Родители всегда на моей стороне и тоже выходят на митинги, когда есть время свободное. Я родителям сразу сказал, что говорить буду я, потому что я лучше знаю закон. С директором немного поругался, потому что считаю, что я и другие люди имеют право на свободу собраний. Я спросил директора, что написано в 31-й статье Конституции? Она полезла в интернет, погуглила и сказала, что это ничего не значит, потому что есть федеральный закон. Родители директору тоже задали каверзный вопрос о сборе денег на оплату клининговой компании. Я в прошлом году требовал, чтобы нам предоставляли бухгалтерский отчет, куда конкретно тратят эти деньги. И собирать деньги перестали.

– То есть родители вам разрешают выходить на митинги?

– У нас в семье нет запретительной политики. Да и в школе никто меня не пытался запугать. Это бесполезно. Администрация школы пытается себя прикрыть просто. У нас нормальная школа. Среди преподавателей лишь несколько "запутинцев". Большинство учителей всё понимают, хоть на митинги не ходят. Сегодня днем нас сняли с урока экономики и повели на классный час. Там нам рассказывали, что нельзя выходить на митинг, оказывать сопротивление полиции. Некая социальная работница говорила, что если нас арестуют, то наши имена будут известны каким-то структурам. И в органах с таким прошлым нельзя будет работать. А лучше в этот день вообще сидеть дома. У меня есть аудиозапись этого разговора. Но социальная работница нас не пугала отчислением. Видно было, что мероприятие только для галочки.

– Почему вы выходите на митинги?

– Моей прабабушке 90 лет. Она всю жизнь вкалывала, ветеран труда. У нее пенсия 17 тысяч рублей. Моя бабушка- учительница рассказывала, как ее завалили бессмысленной бумажной работой, как унизительно положение педагогов. Я против строительства Томинского ГОКа. И не только я. Из-за экологических проблем в нашем городе растут протестные настроения. Весной этого года на меня и координатора штаба Навального в Челябинске Бориса Золотаревского напали около офиса "Русской медной компании", которая строит Томинский горно-обогатительный комбинат на расстоянии 12 километров от Челябинска. Мы планировали встать с пикетом у офиса и раздавать листовки прохожим. Но из здания вышли неизвестные бугаи в черном и набросились на нас. У нас есть видео нападения, я написал заявление в полицию. Но дело на людей, напавших на нас, не возбудили. В нашей стране ничего не меняется. Это система. Все известно, что Путин звонил противникам строительства Томинского ГОКа, давал обещания. Но они не выполнены.

– Вы не боитесь, что участие в митингах испортит вам будущее?

Я собираюсь уехать за границу учиться на урбаниста. В России нет хорошего образования в этой сфере.

– Вернуться собираетесь?

– Вернусь обязательно, если Россия не скатится до 37-го года. Если людей не будут сажать за анекдоты (хотя уже сажают). Но я надеюсь, что здравый смысл победит, я вернусь и буду строить прекрасную Россию будущего.

Дарина Шевченко

Радио Свобода

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG