Ссылки для упрощенного доступа

"Уезжают все". Реальна ли угроза оттока русских с Северного Кавказа?


Иллюстративное фото

Отток русских из республик Северного Кавказа – угроза национальной безопасности. Так говорится в последней редакции документа "Реализация национальной политики", подготовленной Федеральным агентством по делам национальностей. Первая версия была опубликована в 2017 году, с тех пор документ не раз менялся. В летней редакции проблема оттока русских была приравнена к угрозе сепаратизма и национального терроризма.

Где русскому хорошо

Ирина (имя изменено по ее просьбе. – Прим. ред.) попала в 2017 году в Чечню в поисках лучшей жизни – уехала в Россию с территории Украины после того, как началась война в Донбассе.

"Я поехала к родным в Саратовскую область, но там мне места не нашлось. Скиталась по знакомым. Спать иногда приходилось черт-те где, начала болеть. То с сердцем проблемы, то с суставами. Я хоть с украинским паспортом, но по национальности русская, надеялась получить гражданство. Билась несколько лет, но бесполезно было, нет квот, и все", – рассказывает Ирина.

Однажды на рынке она встретила пожилого чеченца, который рассказал, что в Грозном сейчас "много строят и раздают жилье русским".

"Я и подумала – почему не поехать? К тому же тепло, земля плодородная. Собрала денег и села на поезд. Так тут и оказалась", – вспоминает Ирина.

В Старопромысловском районе Грозного Ирине выделили комнату за тысячу рублей в месяц. В ней не было ничего, кроме старого шкафа, тумбочки, матраса и тазиков, в которых Ира мылась. За водой надо было ходить на улицу. Туалет тоже во дворе. Двухэтажное старое общежитие использовалось как пункт временного размещения во время войны и с тех пор принадлежало, по словам самой Ирины, "неизвестно кому".

"Списанный, наверное, дом, но мне было хоть что-то, пока нет документов. Нормальную комнату могли дать только с российским паспортом. А до тех пор я была на птичьих правах", – рассказывает Ирина.

На Кавказе "одинокой русской бабе тяжело"

Устроиться на работу ей было очень сложно, но не из-за документов, а потому что на Кавказе "одинокой русской бабе тяжело".

"Говорили соседки, прими ислам и выходи за нашего второй женой. И на работу возьмут тогда! Но я не могу вот так, православная же. Даже санитаркой не брали в больницу. Один раз послали ходить показания счетчиков снимать за газ – несколько домов обошла, так меня там чуть не прибили. Сейчас на рынке убираю, платят нормально, продуктами тоже дают, не на что жаловаться", – рассказывает Ирина.

Через год ей удалось получить паспорт. На это в Чечне ушло около двух лет, что для России – очень хороший срок. В 2019 году она уже попала в очередь на "приличное жилье". Русским в Чечне, по ее словам, трудно. Но трудно сейчас везде, а "чтобы жить нормально, надо крутиться".

"Я понимаю их! Русские же, понимаешь, враги для них были, потому что война и вот это все. Они потому так говорят: мол, мы в Чечне, а те в России. Мне одна чеченка в больнице даже так сказала: прощу мужу измену, но с русской не прощу! Пусть с кем угодно, но не с русской. Но я довольна, что приехала сюда, все сделали мне. На Украину точно не вернусь", – уверена Ирина.

Временный дом

Марина (имя изменено по ее просьбе. – Прим. ред.) переехала в Грозный в 2018 году вместе с мужем-военным. Они приехал сюда на год для прохождения службы по контракту. Деньги, по мнению Марины, были приличные: в Москве столько не заработаешь, а на базе в Ханкале выдали хорошее жилье, где семье с маленьким ребенком было вполне комфортно.

"Не нравилось только, что гулять по городу одну муж редко пускал. Смотрел, чтобы я оделась как положено – платье длинное и обязательно платок. В джинсах ходила только в "Ленту" (гипермаркет на выезде из Грозного. – Прим. ред.). Боялся, что будут приставать, хотя за полгода ничего такого не было. Подходили ребята местные, если я без ребенка, но я сразу говорила, что муж в Ханкале. Все всегда были очень вежливые со мной", – подчеркивает Марина.

По окончании службы мужу Марины предложили остаться в Грозном – обещали хорошую должность и жилье, но семья решила вернуться в Москву.

Очень плохо русскому учат, у девочек-чеченок дети до средней школы вообще на русском могут ни слова не знать

"Условия хорошие, но мы больше из-за ребенка переживали. Я много с кем подружилась тут, и девочки жалуются, что образование не очень. Очень плохо русскому учат, у девочек-чеченок дети до средней школы вообще на русском могут ни слова не знать. ЕГЭ по русскому тут раньше только за деньги покупали, сейчас строже стало. Я ничего против других национальностей не имею, к религиям всем мы толерантны, но все-таки хочу, чтобы ребенок рос в среде, которая нам ближе", – считает Марина.

Сейчас семья живет в Москве, а некоторые сослуживцы мужа Марины остались в Грозном и "хорошо получают".

Потеря населения

Отток русских – колоссальная трагедия для макрорегиона, считает руководитель исследовательской группы "Картфонд" Александр Панин.

"Кавказ из-за миграции потерял миллион русских. Но это было в 1990-е годы", – отмечает эксперт и ссылается на этнический атлас, где наглядно отмечены пути миграции населения на Кавказе.

Сейчас численность русских на Северном Кавказе устойчиво сокращается не только по причине миграционного оттока, но и естественной убыли, говорит Панин. Но естественная убыль характерна и для других этнических групп, традиционно проживающих на Северном Кавказе.

"Важной проблемой является и учет населения. Нужна статистика. Последняя перепись населения проводилась в 2010 году, а новая только закончилась. Скоро мы увидим и оценим результаты, а пока сказать, что отток хоть как-то сопоставим с масштабами 1990-х, конечно, нельзя", – считает Панин.

Пристальный акцент на проблеме оттока русских Панин считает кривым зеркалом, особенно если искать в нем национальный след и тем более межнациональные конфликты. Эти истории, по его словам, происходили в 90-е. Сейчас на первом плане – карьера, развитие, реализация.

Люди настолько вписались в контекст, в своих семьях говорят на чеченском, исповедуют ислам, что считают себя чеченцами

"Так же важный момент, кто считает себя русскими? – говорит в комментарии Кавказ.Реалии представитель одного из зарубежных НКО. – Некоторые из опрошенных нами, например в Чечне, называли себя чеченцами, хотя их родители были русскими. Тем не менее они настолько вписались в контекст, в своих семьях говорят на чеченском, исповедуют ислам, что считают себя чеченцами".

Казаки – наше всё?

ВЦИОМ минувшим летом тоже озаботился проблемой стабильности на Кавказе. Специалисты даже провели мероприятие, посвященное потенциалу казачества "как фактору обеспечения стабильности".

"Особую роль в стабилизации региона играет казачество, являющее собой уникальный синтез русской культуры и кавказского менталитета. Такой синтез может служить прочным основанием для сохранения присутствия русских на Северном Кавказе. Кроме того, казачество обладает рядом характеристик, которые могут способствовать возвращению русских в республики Северного Кавказа", – сказано в официальном релизе.

"Казачество – это не только русские, но и украинцы, калмыки, осетины и остальные. Казак изначально – вольный человек, совсем не обязательно русский. Да и сам этноним "казак" тюркского происхождения, – подчеркивает Панин. – Государство в разные периоды пыталось найти инструменты, чтобы встроить вольное казачество в систему обороны и управления. И это всегда было непросто. Сегодня тема истории казачества все же болезненная. Практически сразу дискуссия разворачивается вокруг геноцида казачества в советское время. Но корни настоящего казачества, к счастью, сохранились не только на Кубани и Дону, но и на Ставрополье, и в ряде республик Северного Кавказа".

Итог переписи населения покажет, сколько людей относит себя к казачеству, но доля, по словам Панина, неуклонно сокращается.

"В конце XIX века их было почти 3% от всех "русских подданных", в 2002-м – 0,1%, а в 2010-м и того меньше – 0,05%. Реальной статистики, напомню, нет более десяти лет – и неясно, есть ли запрос на возрождение казачества и как он формируется. И уж тем более как это коррелирует с вопросом оттока русского населения", – подчеркивает эксперт.

Как вернуть русских?

Как ведется работа по "возвращению русских" на Кавказ или хотя бы по сокращению оттока людей, выяснить сложно: официальных программ, направленных на это, не удается обнаружить. Большинство республиканских программ направлены на укрепление межнациональных связей, религиозное просвещение и работу над принятием культуры различных народов.

Тем не менее, к примеру, на сайте ингушского министерства размещен план работы, в котором есть пункт "Возвращение и обустройство русскоязычного населения". На его выполнение заложено 17 млн руб., и все они выделены на 2014 год. Сама программа действует до 2024 года, и на все годы, кроме 2014-го, на нее полагается 0 рублей.

Уезжают все, не только русские. Уезжают прежде всего молодые образованные люди

"Я вижу проблему так – уезжают все, не только русские. Уезжают прежде всего молодые образованные люди. И здесь уместно вспомнить о креативном классегруппе населения, вовлеченной в новые отрасли, связанные с интеллектуальным трудом, в постиндустриальный сектор экономики. Не касаясь дискуссии о самом существовании креативного класса в России, ясно одно – уезжает наиболее активная, предприимчивая и квалифицированная часть населения", – подчеркивает Панин.

Исследователи "Картфонда" проводили опросы среди молодежи и поняли, что, например, программисты или журналисты не видят перспектив на малой родине.

"Отсюда желание уехать туда, где можно достаточно быстро реализовать свой потенциал – в Москву, Петербург или Нью-Йорк. Северный Кавказ в этом контексте "любит осваивать" Европу. Не имея возможности реализации дома, эти люди в течение короткого времени пополняют ряды креативного класса в новых для себя регионах и странах. Проблема очень серьезная, поскольку несет в себе колоссальные экономические эффекты – негативные для территорий оттока, положительные – для территорий прибытия. И национальность здесь не играет абсолютно никакой роли", – поясняет Панин.

Эксперт уверен, что основная проблема оттока не связана с национальным фактором. Дело в отсутствии якорей, которые позволяли бы людям оставаться на родине.

***

Разница между теми, кто уехал из Дагестана, и теми, кто приехал, за первые шесть месяцев 2021 года составила 2890 человек. Это в три раза больше, чем за аналогичный период 2020 года.

Ранее сообщалось, что число этнических русских в Северной Осетии за последние десятилетия сократилось почти вдвое.

Демограф Алексей Ракша в беседе с Кавказ.Реалии указал, что реальные цифры численности населения в северокавказском регионе отличаются от официально опубликованных.

Смотреть комментарии (18)

XS
SM
MD
LG